– Я… хочу купить квартиру.
Камилла сама не знает, почему она это сказала. По сути, это не вполне ложь, ведь она хочет купить квартиру с тех пор, как ей исполнилось шесть лет.
Правда, в то время у нее, наверное, было больше сбережений, чем на данный момент.
– Очень хорошо. Какую именно квартиру вы ищете?
– Трехкомнатную. Минимум.
У нее всегда было смелое воображение.
– Может быть, присядем и все обсудим?
Камилла не может поверить, что это сказала она, а Тома – что это сказал не он.
– Конечно! Прошу прощения! Пройдемте в мой кабинет.
Комната находится примерно в том же состоянии, что и утром, когда он принимал свою первую клиентку. Тома вздыхает с досадой, но ему ничего не остается, как впустить Камиллу. Он хочет сказать, что в обед, перед тем как уйти, наводил порядок, но вовремя вспоминает, что эта девушка – не его мать.
– Итак, вы сказали, что хотите купить квартиру. Где-то неподалеку?
– Да, я очень привязана к этому кварталу.
– Понимаю вас, очень приятный район. У вас наверняка есть сумма, которую вам не хотелось бы превышать.
Он не задал прямого вопроса, и Камилла подумала, что с его стороны это очень ловко.
– Я действую скорее по велению сердца.
Тома серьезно кивает. Камилле кажется, что они играют в покер, но при этом на руках у ее соперника лишь карты для игры в «Уно». Чтобы не вызвать у него лишних подозрений, она добавляет:
– В пределах разумного, конечно. Было бы бессмысленно предлагать мне апартаменты ценой в пятнадцать тысяч евро за квадратный метр… Разве что удастся втиснуть кухню, кровать и ванную комнату на площадь в двадцать метров.
У Камиллы вырывается легкий нервный смешок, но Тома, кажется, этого не замечает.
– Прекрасно понимаю, мадам. За последние годы цены значительно выросли, но все еще можно найти немало выгодных предложений.
Ей кажется, что такой серьезный вид ему совсем не идет. Они, должно быть, примерно одного возраста, плюс-минус пара лет. Она смотрит на кучу визитных карточек, разбросанных по столу, и пытается незаметно прочитать его имя. Тома Руссо.
– Вы живете в одиннадцатом округе? – спрашивает она, чтобы прервать молчание.
– Я живу в двадцатом, рядом с Пер-Лашез, – улыбаясь, отвечает он, прежде чем вернуться к своему компьютеру.
– В своей квартире?
– Да, мне повезло.
– Значит, сапожник без сапог – это не про вас…
Она не решается продолжить. Он нажимает несколько клавиш, и Камилла слышит вдалеке шелест бумаги, выползающей из принтера.
– Вот, я отобрал несколько вариантов, которые мы можем изучить вместе, – говорит он, вставая, чтобы взять распечатки.
– Знаете… если вы не против, я хотела бы поступить несколько иначе.
Тома останавливается и смотрит на нее немного растерянно. Она сомневается, стоит ли продолжать.
– Скажем так… Я предпочитаю не знать, что меня ожидает. И потом, на бумаге я могу зацепиться глазами за какую-нибудь мелочь, на которую во время визита и внимания не обратила бы. Для меня очень важен дух места.
Тома пятится назад и возвращается в свое кресло. Он берет лист бумаги, ручку и начинает писать.
– Старая или новая?
– Старая… или совсем новая.
– Первый этаж?
– Скорее, последний.
– Лифт?
– Не обязательно.
– Какой-нибудь важный критерий?
Камилла на секунду задумывается. Внезапно ее лицо озаряется.
– Что-нибудь волшебное.
Неделю назад, при первой встрече, Тома показалось, что Маргарита настораживалась каждый раз, когда он упоминал о цене квартиры. Его это не удивило. В определенном возрасте люди теряют четкое представление о деньгах. Особенно если речь идет о больших суммах, а валюта при их жизни менялась несколько раз. Некоторые наверняка помнят цену своей квартиры в франках или даже в старых франках, а может, им просто приятно вспомнить денежные знаки времен своей молодости. Тех времен, когда будущее принадлежало им.
Сегодня утром Тома позвонил Маргарите, чтобы узнать, как у нее дела и не могут ли они снова повидаться. Он не закончил фразу, как она уже бросила трубку, успев только выпалить фразу «сейчас буду», которую он так и не услышал. Через пятнадцать минут она уже стояла в дверях агентства и спрашивала, можно ли ей увидеть месье Руссо.
Тома и Маргарита болтают обо всем и ни о чем. Они обсуждают смену времен года, трудности с покупкой качественного мяса и неподатливые упаковки с надписью «открывается легко». Наконец Тома спрашивает ее, подумала ли она о сумме, которую хочет получить за свою квартиру.
– Может быть, у вас есть какие-то обязательства, кредиты или взносы, которые нужно срочно погасить?
Ничего такого у Маргариты нет, но ей нужно подумать. Тома успокаивается.
– Это очень хорошо, мадам Дюма. Хуже всего иметь дело с продавцом, который торопится и у которого нет времени для заключения хорошей сделки. В таком случае все козыри у противоположной стороны, понимаете?
– Я совершенно не спешу. Даже напротив, я хотела бы, чтобы все шло как можно медленнее. Знаете, в моем возрасте… быстро устаешь.
Маргарита решила разыгрывать карту старости. Она говорила себе: если люди в метро уступают ей место, то и агент по недвижимости может уделить ей немного лишнего времени.
