Тома поворачивает ключ в замке, и дверь открывается. Квартира погружена в темноту, и Камилла невольно задерживает дыхание. Она не хочет почувствовать запах этого места раньше, чем увидит его. Тома проходит вперед, к окнам и отдергивает одну за другой тяжелые шторы из бирюзового бархата. В комнате постепенно светлеет. Сначала Камилла замечает современный, но со вкусом выложенный паркет, большую карту мира на стене справа, кактусы и апельсиновое дерево в разноцветных горшках у окна, мексиканский ковер под желтым прямоугольным журнальным столиком, сухие цветы в белой вазе. Только после этого она позволяет воздуху проникнуть в грудь.
Она делает глубокий вдох. Пахнет флердоранжем и белым перцем.
На стене справа она обнаруживает фотографии разного времени в разномастных рамках. Она узнает барселонский парк Гуэль, живописную итальянскую деревушку на склоне белой горы, Мон-Сен-Мишель среди песков… На полу у стены стоят несколько деревянных ящиков с книгами. По большей части путеводители и кулинарные книги. Камилла с трудом сдерживается, чтобы не устроиться на диване, кажется очень удобном, и полистать одну из них.
Она медленно ходит по квартире, рассматривая каждую деталь. Представляет себе семью, которая, должно быть, живет здесь. Высокая, стройная женщина в цветастой юбке, взлохмаченный мужчина с шарфом цвета ржавчины и маленький светловолосый мальчик в очках с толстенными стеклами. Она забыла, где находится и что здесь делает. Тома молчит, не вмешивается. Он неподвижно стоит в углу комнаты. Ему хочется стать невидимым и неотрывно смотреть на нее, потому что он вдруг увидел, что она красива – стоило в ее глазах загореться огоньку. Внезапно их взгляды встречаются, и Тома выпрямляется.
– Площадь большой комнаты – восемнадцать квадратных метров. Она выходит на юго-восток, так что солнце светит в окна с утра до полудня. Справа дверь на кухню. Стена не несущая, поэтому в ней можно сделать проем или даже, почему бы нет, полностью ее снести.
Камилла идет за ним и сразу же замечает клеенчатую скатерть на кухонном столе. Эта деталь напоминает ей о каникулах в доме дедушки, и ее охватывает легкое волнение. Посреди стола – корзина, наполненная ароматными травами, чесноком, луком, лимонами и всевозможными специями. Камилла давно подметила, что именно на кухне можно обнаружить семейные корни. Оттенки вкуса передаются из поколения в поколение, постепенно становятся менее яркими, но все же сохраняются. Возможно, что-то армянское.
– Если у вас есть вопросы, спрашивайте.
– Вы когда-нибудь бывали в Армении?
– Нет…
– Эта квартира, кажется, приглашает отправиться туда.
Тома в замешательстве. Он не знает, продолжать ли показ или бежать покупать билет на самолет до Еревана. Камилла кивает, и Тома понимает, что можно продолжать. Маленький коридор ведет к двум спальням. Камилла толкает первую дверь и улыбается. По выставке машинок, футбольному мячу и плащу Супермена она догадывается, что это комната мальчика.
– Это меньшая из двух комнат. В ней десять квадратных метров. Как видите, здесь есть место и для кровати, и для вигвама. Что не маловажно.
– Это верно!
Вторая комната побольше. Кровать покрыта мягким одеялом и множеством пледов теплых тонов: бежевого, охристого и бордового. На стене – зеркало в раме-солнце, а на одной из прикроватных тумбочек – фотография супругов. Камилла мельком взглядывает на нее, разрываясь между искренним любопытством и свободой воображения. Когда она выйдет из комнаты, тут же забудет цвет радужки и форму носов. Все, что она запомнит, – это любовь в их глазах.
Посмотрев ванную, Камилла и Тома переходят в гостиную.
– Итак? Что вы думаете об этой квартире?
– Очень теплая квартира, в ней много жизни и много любви. Смотришь – и хочется, чтобы эта семья тебя удочерила, – смеется она.
Тома с удовольствием запер бы этот смех в коробочке, чтобы потом послушать снова. Когда ему будет не так хорошо, как сейчас. То есть во все остальное время.
– Это люди с прекрасным вкусом, – наконец говорит он и тут же мысленно ругает себя за то, что пытается объяснить любовь хорошим вкусом.
Показ подходит к концу, и Тома хочется продлить его, но не может сообразить, как это сделать. Ему на ум приходит тесто для пиццы, которое раскатывают снова и снова и в котором, если перестараться, появляются дырки. Поэтому, чтобы не продырявить это прекрасное мгновение, Тома просто молчит.
– Это мой первый просмотр, и я должна признаться, что не смогу принять решение, не увидев других квартир.
– Понимаю вас.
– Жаль, потому что квартира мне очень нравится…
– Сложно жениться на своей первой любви.
Камилла пристально смотрит на него, и Тома задается вопросом, зачем он это сказал.
– Именно так.
Он улыбается и заносит эту фразу в список цитат своей будущей биографии.
– Вы свяжетесь со мной? Чтобы посмотреть другие варианты?
– Конечно!
Она протягивает руку, Тома пожимает ее, и девушка покидает квартиру. Он смотрит ей вслед, обеспокоенный чувством пустоты, охватившим его с уходом этой почти незнакомки.
