(40) Яркими современными примерами того, как бунтарские стремления разоряемых крестьян сразу же, на корню организовываются и возглавляются (и тем самым губятся) эксплуататорами, тянущими жилы из самих же этих крестьян, являются, во-первых, многочисленные «радикально-исламистские» (а вернее, исламофашистские — этот термин, введенный в оборот Ф. Фукуямой для обозначения исламских фундаменталистов-экстремистов, в большинстве случаев верен и точен) организации — такие, как «Аль-Каида», «Хизб-ут-Тахрир», «Талибан», современные ваххабиты (по крайней мере, большинство из последних), «Хамас», «Братья-мусульмане» и пр. Это — пример фашистской, крайне правой ассимиляции эксплуататорами протестной энергии эксплуатируемых масс, ее использования как орудия в разборках между разными группировками мировой буржуазии. Примером же умеренно-левой, социал-соглашательской (т. е. левобуржуазной, радикально-демократической) ассимиляции того же рода является левое крыло движения «базовых церковных общин» в Латинской Америке, идеологией которого является т. наз. «теология освобождения» [фактический материал по этой теме см. в 180].
(41) Таким образом, массовая культура есть по сути своей культура господствующего меньшинства. Вот еще один, казалось бы, абсурдный парадокс — и еще одно доказательство того, что общество отчуждения в основе своей абсурдно (что, впрочем, не мешает ему быть вполне закономерным, естественным этапом развития человечества).
(42) Она же — культура индивидуальных личностей (в противоположность культуре фольклорной, имеющей место там и в той мере, где и в какой мере группы людей являются едиными коллективными личностями). Вот еще одно проявление абсурдной диалектики цивилизованного общества.
(43) Нетрудно убедиться в том, что в современном обществе фольклорное творчество оскудело до крайности. Какие песни мы сегодня поем за столом? — Созданные хорошо известными композиторами и поэтами, дошедшие до нас в готовом виде и практически не изменяемые нами (а если кто-то и внесет свои дополнения, то они не передаются из уст в уста, не сохраняются в народной традиции). Много ли молодежь вносит сохраняющихся в традиции изменений в придуманные кем-то танцы, которые она танцует на дискотеках? — Как бы не так… Как мы слушаем музыку? — Мы ее не исполняем сами: включи телевизор или вставь кассету в магнитофон — и вот тебе готовый продукт, сделанный профессионалами. Даже анекдоты сегодня не нужно сочинять народу: зачем сочинять самим, когда можно купить готовые — придуманные, отредактированные и изданные кем-то в сборниках — в любом киоске, на любом лотке?..
Самостоятельное религиозное творчество масс тоже иссякло в современных городах: сегодня что ни новая секта в высоко- или среднеразвитой стране — то творение небольшого количества людей, строящих изначально жестко авторитарную организацию по заранее выработанному плану, с заранее разработанной (и зачастую изменяемой в любой момент по произволу лидеров секты) мифологией; в таких сектах роль рядовых последователей сводится к слепому повиновению, и ничего, направленного на подрыв основ классового общества, в пропаганде и прочей деятельности таких сект нет.
(44) Именно на этом основании национальная интеллигенция ошибочно считает, что она творит народную культуру. На самом деле собственно национальная культура в принципе не является народной никогда и нигде, ни в какой своей разновидности; всякое фольклорное творчество, сохраняющееся в процессе развития национальной культуры, является по своей сути либо донациональным, либо антинациональным. Пример последнего — замечательный стихийный процесс смешения русского и украинского языков на Восточной Украине, который украинская буржуазия изо всех сил пытается остановить…
