Суздальский варяг. Книга 1. Том 1. полностью

Посадник был доволен удачно складывающимися отношениями. Бывают в жизни такие времена, когда всё, что ни задумано, что ни сделано, преисполнено благостью, и на душе прекрасно. А что будет впереди, Бог знает. Грядущее надо не ждать, в него надо верить, и оно будет непременно благодатное. Ему вспомнились слова апостола Павла: «Вера есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом». «Значит, верно, по-христиански мыслю», – похвалил он сам себя, крестясь и вскидывая глаза к киотцу, посаженному в упор к подволоке. Вот ведь как, он до сих пор и не знал, а, оказывается, есть на белом свете край земли, где люди живут, не ведая ужасов войны.

В горницу неслышно вошёл княжич. Увидел задумчивое лицо дядьки и остановился.

– Ты ещё не почиваешь? – обернулся дядька на шорох шагов. – А пора бы уже. Чаю, за день намаялся. Как, новые приятели, не обижают тебя?

– А почему меня кто-то должен обижать? Я же никого не обижаю. Мы со Степаном подружились, – деловито, по-взрослому ответил Юрий.

Дядька слегка улыбнулся, умиляясь детской наивностью. «Дети рождаются в чистоте помыслов своих и не ведают, что кто-то кого-то должен обязательно обидеть, а взрослеют, и жизнь волей-неволей являет жестокость и, чем раньше княжич обретёт навыки самозащиты, тем меньше будет испытывать на себе горечь людских обид».

– Это чей же Степан? Не Ивана ли Кучки сын? Юрий утвердительно кивнул головой.

– Понимаешь, Юрги, – дядька привлёк его к себе, посадил на колени, – люди общаются меж собою либо на языке добра, либо на языке зла. Добро и зло рядом ходят, и другого не бывает. Надо отличать добро от зла, а это не так-то просто. Пока научишься, много страдать придётся.

– А ежели люди живут в мире – это как бывает?

– Мир – это и есть добро. Добро и зло идут всё время по кругу жизни человеческой. Но меж ними нет ничего – пустота, небытие. Мир не бывает долговечен. Обычно недобрые люди рано или поздно нарушают договорённость о мире. Иного в человеческом общении не дано. Все мы уповаем на лучшую жизнь там, в ирии.

Юрий, нахмурившись, пытался понять дядьку.

– Значит, наша дружба со Степаном когда-то кончится?

– Будет всякое. У тебя вся жизнь впереди. Послышались раскаты грома.

– Вот, видишь, – улыбался дядька, – Господь подтверждает мои слова.

– Ну, да-а! – Юрий широко раскрыл глаза. – Что ты со мной, как с маленьким. Я же знаю, что это гроза идёт, – княжич задумчиво посмотрел на образа в углу. – А как Бог в небесах грохочет?

– Он услышал меня, доволен остался и перевернулся с боку на бок, так сразу и слышно его.

Оба весело засмеялись, и, оставшись довольные друг другом, разошлись по опочивальням.

Но мысли всё ещё не давали Георгию заснуть. «Это добро, что Юрги подружился со Степаном. Оба почти одногодки. Жаль только, что Иван редко берёт сына с собой в Ростов. Иван крепкий хозяин и муж твердоумный. Не худо бы наведаться к нему. Говорят, село у него там изрядное. Любопытно, зело любопытно… Поближе надо с Иваном познакомиться». И тут Георгий понял, что его постоянно будоражит, не даёт покоя. Гдето в подсознании тревожно рождалась мысль: как это люди живут с уверенностью в завтрашнем дне? Конечно же, надо об этом потолковать с Иваном и Бутой, они же самые домовитые хозяева. Потому, верно, в их нравах и сложилась основательность, не суетность, чего не хватает там, в Переяславле, Чернигове. В сознании Георгия постепенно складывалось понимание того, что он молодой, сильный, уверенный, познаёт чужой мир и что он должен слиться с этим миром. Но так не хватает жизненного опыта, будто ощупью идёт, а неизведанный мир разворачивается перед ним во всю необъятную ширь. Как его познать во всём многообразии? Покойный отец говорил когда-то, что вникнуть в сущность бытия, значит, быть ближе к Богу. Осуществимо ли такое? Люди всю жизнь стремятся понять окружающий мир, и умирают, так и не уразумев всего. Человек умирает, а в мире всё остается по-прежнему. Неужели святые праотцы, которым мы молимся, познали сущность бытия? Юрию только шестое лето идёт, а уже подавай ответы, которые и мудрецам не ведомы. Как выглядит Бог? Что такое смерть?».

Засыпая, Георгий всё время чувствовал волглый, заплесневелый дух необжитых княжих теремов. «Где нет жизни, там и смрад, – подумал он, натужно зевая. – Надо сказать, чтоб истопили печи». И уже сквозь дрёму он слышал какие-то шорохи, будто бревенчатые стены опочивальни разговаривали между собой. Он закрыл глаза. Перед ним простёрлось бескрайнее зеркало озера. Приятная теплота вместе с приглушёнными звуками пастушьего рожка разливалась вокруг. Душе отрадно, она проваливается в нежную бездну.

Нежданно-негаданно на княжьем дворе появилась ростовская троица – Бута, Иван, Иаков. Посадник радушно встретил их.

– Вот и добро, что пришли. Я сам собирался вас кликнуть, да поговорить в спокойствии. Где много людей, там разговор без пользы. Проходите в горницу, кваском разговеемся. Зело по душе нам с княжичем пришёлся квас на меду с хреном.

Слово за слово, как принято, поговорили о погоде, об урожае.