– Ишь, какая барынька у Маруськи выросла! И лицом – копия мать! – проговорила вслед ей Татьяна то ли с завистью, то ли с обидой.
– Так это Маруси Беловой дочь? – понял наконец Николай, вспоминая почти что царскую стать Василковой сестры, чей облик однажды так привлёк его внимание. – А я-то думаю-гадаю, кого же она мне напоминает?
– Кузнецова она! – поправила Татьяна.– Егорова дочь.
– Что? Хороша? – усмехнулся Сано.
– Хороша! – искренне ответил Николай.
– А ты не заглядывайся! – отрезала Татьяна, – она тебе в дочери годится!
– Да какие дочери? Я ещё не так стар! К тому же вдов! А с такой-то красоткой хоть сейчас под венец готов! – шутливо возмутился брат.
– Да она же ещё совсем девчонка!
– В самый раз! – подвёл итог Сано и умоляюще посмотрел на жену:
– Может, нальёшь нам с Николкой? Надо бы выпить за встречу.
Татьяна махнула рукой и поставила на стол бутыль с брагой – пусть мужики немного выпьют. День-то сегодня удался!
Нюта весь вечер молчала в задумчивости. Это было так на неё не похоже, что Ася заволновалась – не заболела ли сестрица? Но та лишь пожала плечами. Они укладывались спать на бабушкиных полатях. Ася отпросилась у матери ночевать вместе с сестрой в избе бабушки Анфисы, они часто так делали, чтобы поболтать перед сном. Бабка всё равно плохо слышит, и они ей не помеха. А сёстрам всегда есть о чём поговорить.
– Ты хорошо знаешь брата тётки Тани? – неожиданно спросила Нюта, когда уни уже обсудили все события ушедшего дня.
– Дядьку Николая? Да не очень. Знаю, что они с Василием с детства дружили. А чего ты спрашиваешь? – удивилась Ася.
– Да так. Интересно, – уклончиво ответила Нюта. – Значит, он ровня нашего дяди Васи?
– Ну да! Они росли вместе, только Василий потом уехал учиться, а тот на завод поступил.
– А сколько же нашему дядюшке лет? – поинтересовалась Нюта.
– Тридцать. Помнишь, в январе праздновали? Я как раз у них гостила. Ещё в фанты все играли, и мне выпало кукарекать, сидя под столом. Вот смеху-то было! Любушка большой праздник ему устроила – музыканты, торт огромный, а вечером шутихи запускали в саду. Красиво было!
– Точно! И дядюшка был такой счастливый! – вспомнила Нюта. – Я ещё тогда подумала, как они с Любашей ладно живут.
– Да, я тоже всегда за сестрицу радуюсь, повезло ей с мужем. Я бы такого же хотела, – мечтательно прошептала Ася.
– Такого же взрослого?
– Такого же хорошего!
Обе они доводились Василию племянницами, и обе любили его. Только одна звала его дядей, а другая просто по имени. У Аси с Василием разница в возрасте была не особо велика, к тому же он женат на её сестре, и было бы как-то нелепо называть его дядей Васей.
– Значит, этому Николаю тоже тридцать? – задумчиво спросила Нюта.
– Наверное.
– А не он ли был Любиным женихом, а потом женился на Серафиме, которая в нашем доме прислуживала?
– Он! Только Улька сказывала, что померла уже Серафима-то. Вдовец он теперь.
Нюта задумчиво промолчала в ответ.
– А чего спрашиваешь? Неужто приглянулся он тебе? – заинтересовалась Ася.
– Может быть, – улыбнулась Нюта с загадочным видом.
Помолчав немного, она проговорила:
– Скучная у меня жизнь какая-то.
– Это у тебя-то скучная? – улыбнулась Ася. – Да ты из любого пустяка событие устроишь!
– Вот то-то и оно! Одни пустяки. Не приключается со мной такого, как с тобой! Ты всегда в какие-то жуткие истории попадаешь!
– По мне, так лучше бы никаких историй не было, жить себе тихо-спокойно. Уж и не знаю, за что мне всё это.
– Нееет, лучше с приключениями, так интереснее! – поспешно возразила Нюта. – Будет что детям и внукам рассказывать. А мне и рассказать-то нечего!
– А ты сама придумаешь, у тебя это хорошо получается! – улыбнулась Ася.
– Девки, хватит шушукаться, спите уже! – раздался голос бабушки.
– А мы твоего жениха обсуждаем, бабуль! – не растерялась Нюта.
– Вот ещё! Придумали жениха! – возмутилась Анфиса. – Старик уже из ума выжил, а вы-то чего?!
Девицы в ответ дружно захихикали.
Вернувшись сегодня от Кузнецовых, они застали у бабушки того самого Гаврилыча, что оказывал ей знаки внимания на Тимохиной свадьбе. Он был в новой рубахе, в атласной жилетке и в начищенных до блеска сапогах. Девицы сразу смекнули, что к чему. Анфиса потчевала гостя чаем, щёки её раскраснелись, но взгляд при этом был суровым.
– Идите-ка в другую избу! – скомандовала она внучкам, и те послушно исчезли.
Бабушка редко бывала строга с ними, и такой тон очень удивил внучек. Она явно не хочет, чтобы они слышали их разговор с гостем. И девицы сделали свои выводы.
