Мы смотрели друг на друга так, словно видели впервые в жизни. Эти девушки — чужие. Доверять кому-то из них — ошибка. Я отступила дальше и спрятала кинжал обратно в декольте. Марианна сгорбилась и смотрела в пол. Впервые, стоя на самом краю крыши, она казалась такой маленькой и беззащитной. Опущенные плечи подрагивали от холода и отчаяния, волосы спутались от порывов ветра.
Через мгновение к ней подлетела Аннабель, протянула руки и толкнула вниз. Всё произошло мгновенно, за секунды. Немой вопрос застыл в серых глазах Марианны, а изо рта вырвался короткий, но пронзительный крик. Тряпичной куклой девушка полетела вниз, цепляясь руками за воздух.
— Нет!
Собственный голос был таким чужим и далёким. Я рванула к Аннабель и схватила её за воротник дорогого бархатного платья. Она крепко сжала мои запястья и попыталась вырваться. На безыменном пальце блеснуло тонкое кольцо с миниатюрным ярко-голубым камнем. Всё крепче я впивалась ногтями в мягкую ткань одежды.
— Ты убила их. Пенелопа, Тереза, Жизель — не жертвы Марианны…
— О, нет. Эта сельская дама настолько топорна, непрозорлива и неуклюжа. Она никогда не держала ружья, не затачивала дорогие ножи. Она была способна только на грубую силу. В ином случае её ожидал провал. Сегодня ей не повезло, как видишь. — Аннабель пренебрежительно кивнула в сторону упавшей Марианны.
Я краем глаза посмотрела вниз на безжизненное тело в неестественно угловатой позе. Земля вокруг окрасилась в более тёмный оттенок. Длинные волосы Марианны рассыпались, укрывая её.
Позади нас раздались уверенные шаги и громкие хлопки в ладоши. Мы с Аннабель забыли друг о друге, как только увидели аплодирующего Фергуса. Он будто плыл по воздуху в своём идеально сшитом пальто.
— Браво, дорогие дамы! Поздравляю с выходом в финал.
Следом за господином на крышу влетел раскрасневшийся Вильгельм. Он открыл рот, чтобы произнести обличающую речь, но Фергус его опередил. Старший из братьев с интересом осмотрел открытое пространство. В глазах плясали озорные искорки, но лицо всё же оставалось непроницаемым. Такой красивый и страшный одновременно, холодный, отпугивающий, таинственный.
— Искренне поражён Вашей хладнокровностью и сообразительностью, мисс Нельсон. Так изящно и точно устранить соперниц может только истинная аристократка. Всё это время Вы оставались в тени, но как же я рад, что, наконец-то, решились выйти на свет.
Я обессиленно отпустила виновную. Аннабель сделала низкий реверанс и поклонилась Фергусу. Скромная улыбка украсила её бледное лицо. Девушка с восхищением смотрела на господина, который только что похвалил её за совершённые преступления.
— Мисс Моран, — обратился хозяин ко мне, — Вы были невероятно сильны. Правда, я всё же ставил на мисс Гастингс, но видеть здесь Вас весьма и весьма приятно. Вы достойно и честно дошли до финала.
— Что с Элизой? — резко оборвал его Вильгельм.
Глаза Фергуса почти хищно сверкнули в полутьме. Он наслаждался леденящими кровь моментами, смаковал их. Вот он — волк в овечьей шкуре, бездействовавший всё это время ради своей выгоды.
— Бедная девушка упала с лестницы и сломала ногу. Серж вызвал экипаж скорой помощи. Думаю, мисс Гастингс уже везут в госпиталь. Очень жаль, не правда ли?
Аннабель нахмурилась и сморщила вздёрнутый носик. Кажется, держать маску становилось всё сложнее и сложнее. Он выпрямилась в тугую струну, гордо задрав подбородок.
— Что-то пошло не по плану? — как можно более едко спросила я девушку.
Ответа на мой вопрос не последовало. Аннабель задумчиво расчёсывала пальцами влажные спутавшиеся локоны. Находиться в этой удушающей обстановке и сохранять разум незамутнённым было почти невозможно. Я сдерживала порывы накричать на кого-нибудь и уйти.
Вильгельм вплотную подошёл к Фергусу и поймал своим жёстким взглядом его глаза. В каждом движении читалась отчаянная решительность.
— Дорогой братец, не хочешь рассказать, что ты сделал с телами других девушек? Кажется, родственники их так и не получили. Неужели затерялись по дороге?
В глазах потемнело от пронзающего холода в голосе Вильгельма. Эти нотки я слышала впервые. Ранее эмоции захлёстывали его, но сегодня они слились воедино, превратившись в опасную смесь.
— Давно ты стал разговаривать со мной, как с главным врагом? Мы же братья, продолжения друг друга.
— Не смей манипулировать нашим кровным родством. Ты давно перестал быть тем Фергусом, которого я так любил. Ты оставил себя в этом чёртовом университете, а заодно и прикончил частичку меня. Прежних братьев Де Вилье больше нет.
Фергус почти не моргал. Его тело напряглось. Слова Вильгельма ранили господина, задели за живое. Младший брат, чья поддержка много лет назад была главной силой, стал для него слабым местом.
— Ты отказываешься от меня? — холодно спросил Фергус, подойдя к Вильгельму ещё ближе.
Теперь их разделяла лишь пара сантиметров.
— А ты пытаешься уйти от вопроса, который я задал. Что произошло с телами девушек?
Фергус покачал головой, а затем устало ухмыльнулся. Ледяной щит не разрушился, но точно покрылся трещинами.
