Время тянулось угнетающе долго. Я то и дело поглядывала на старинные часы в углу комнаты, считая минуты. Волнение захлёстывало, спокойно сидеть на месте не получалось. Даже книга с легендами не помогала отвлечься. Приходилось ходить из стороны в сторону и продумывать наш дальнейший план. Скорое возвращение в родные края к отцу радовало, наполняло грудь приятным ожиданием.
Когда до встречи с Вильгельмом оставалось полчаса, я наконец-то решилась выйти из комнаты. Необходимые вещи были собраны. В душе не мелькало и толики сожаления или нежелания прощаться с этим местом. Я не буду скучать по мраморной ванной комнате, огромному шкафу или красивому виду из окна. Это не имело никакого значения. Вся роскошь — фарс, пустота, сокрытие порочной души.
С тяжёлыми мыслями я перешагнула порог некогда своих покоев. Коридор, освещённый тусклым светом свечей, выглядел ещё более зловещим. Я оглянулась и направилась к лестнице. Под ногами противно скрипели половицы, нагоняя неприятную, даже зловещую атмосферу.
Через несколько метров я заметила тень на стене. Кто-то точно стоял за поворотом, возможно даже поджидал меня. Я остановилась и настороженно оглянулась. Паника начала распространяться по телу. Время будто замедлилось.
— Аннабель, я знаю, что ты здесь, — немного испуганно сорвалось с моих губ.
Девушка вышла из-за стены. Лицо её было подозрительно умиротворённым, что подчёркивало жестокое хладнокровие. В руках она держала блестящий клинок. Он опасно поблёскивал, отражая тусклый огненный свет.
— А ты догадливая, — ровно проговорила Аннабель. — Ты же не думала, что я оставлю последнюю соперницу в живых, верно?
Она угрожающе надвигалась на меня, выставив остриё перед собой. Я безысходно бросила дорожную сумку на пол и выставила руки вперёд в оборонительной позиции.
— Я хотела сбежать. Тебе незачем лишать меня жизни. Господин Де Вилье теперь твой.
Аннабель не остановилась. Нож всё ещё был направлен в мою сторону. Ни одна мышца на её лице не дрогнула. Нападавшая будто не слышала моих слов и думала лишь о жажде крови.
— Это не имеет значения. Ты свидетельница всего того, что здесь произошло. Не уверена, что безопасно отпускать тебя на волю.
— Остановись, — непривычно жёстко приказала я.
Аннабель лишь шла, заставляя меня пятиться к стене. Когда между нами осталось всего лишь несколько десятков сантиметров, я закрыла глаза и резко толкнула девушку. Она пошатнулась и чуть не упала на небольшой комод. С него прямо на пол свалился тяжёлый золотой подсвечник с горящими свечами. Громкий звук заставил нас обеих испугаться.
Языки пламени быстро настигли ковровую дорожку, а затем и подол платья Аннабель. Она безуспешно пыталась затушить огонь, встряхивая юбку, но он распространялся только больше. Я замешкалась, обдумывая, стоит ли помогать ей, но быстро бросила эту затею. Вот-вот начнётся настоящий пожар.
Пока девушка яростно вопила, я обогнула её и побежала прочь. Необходимо было найти Вильгельма, пока едкий дым не распространился по всему второму этажу. Постепенно он наполнял легкие, вызывал мерзкий кашель. Голова шла кругом, силы покидали за считаные секунды. Огонь поглощал всё вокруг. Я сдавленно закричала. Бежать уже не получалось, глаза застелила мутная пелена. Звуки тлеющего дерева и обваливающихся балок наполняли дом.
Я закрыла рот и нос рукой, сохраняя остатки кислорода, и рухнула на колени. Рассудок уже покидал меня. Последнее, что удалось услышать, были быстрые тяжёлые шаги и моё имя, произносимое таким знакомым голосом. Чьи-то сильные руки подхватили меня и немедленно понесли прочь. Дальше только темнота и редкие проблески реальности.
Свежий воздух и ощущение холодной земли резко привели меня в чувства. Я закашлялась ещё сильнее, прочищая горло от осевшей гари. Ярко-красные вспышки ослепляли, окрашивая темноту ночи в удивительные цвета.
— Виктория, — встревоженно звал голос Вильгельма, — боже, ты очнулась!
Я всё ещё лежала на влажной траве. Мужчина легонько встряхнула меня, держа за плечи, и помог сесть. Медленно удавалось приходить в себя, мутная пелена постепенно исчезала. Наконец получилось разглядеть испуганное лицо Вильгельма. Он крепко обнял меня и начал обжигающе целовать лицо. Слёзы хлынули из наших глаз.
— Ты жива, — воскликнул Вильгельм. — Я уже было думал, что потерял тебя!
Слова не находились. Мысли судорожно метались в голове.
— Дом горит, — выдавила я из себя, будто увидела эту страшную картину впервые, и уткнулась в шею Вильгельма. — Мне так жаль.
Мужчина прижал меня ещё ближе, успокаивающе гладя по спине. Самого его всё ещё потряхивало.
— Я пытался позвать Фергуса, но он не откликался. Кажется, он так и остался в доме, который вот-вот рухнет. Подмоги ждать неоткуда, здесь глушь.
Я отстранилась и посмотрела Вильгельму в глаза. Их снова наполняла влага, которую он пытался сдержать. Всё, что было так дорого его сердцу, сгорело, рухнуло, сровнялось с землёй.
— Это моя вина, — прошептала я.
— Что? — удивлённо спросил Вильгельм.
