Один из воинов был ранен в плечо другой в руку, Седрик уверенным отточенным движением резко протолкнул стрелу немного вперед, чтобы показался металлический наконечник и небольшая часть стержня, с силой зажал, пытаясь не причинить раненому дополнительных страданий, быстрым точным движением переломил, отделив наконечник, резко рванул назад. Удалив стрелу, предоставил Кэтрин возможность самой промыть и обработать мазями рану, а сам в это время занялся вторым воином.
Прошел час, было совершенно очевидно, в среде осаждавших, понесших значительный урон окончательно пропал боевой пыл, они даже не пытались предпринимать новых попыток к штурму, и, по всей видимости, решили ограничиться пока простым выжиданием. Ночь прошла тихо, но все рыцари и воины оставались на своих боевых постах, едва только рассвело, как часовой на стене заметил, что в сторону замка приближается новый отряд всадников, затаив дыхание, осажденные замерли в тревожном ожидании. Наконец Уиллу удалось разглядеть, на подходе его собственные воины, Уэйкфилд распорядился оставить на стенах несколько лучников и приказал стражникам сразу же после того как они выедут из замка закрыть за ними ворота и поднять мост. Как одержимые рыцари первыми бросились к своим лошадям, не пожелав даже тратить время, чтобы облачиться в боевые доспехи. Все происходило очень стремительно и явилось полной неожиданностью для осаждающих, совершенно не готовые к такому повороту событий, застигнутые врасплох они растерялись, и упустили дорогое время. Подобно неукротимому смерчу, испуская леденящий душу, боевой клич всадники вылетели из ворот направив лошадей на вражеский отряд, спешившие на помощь воины подхватив воинственный призыв, летели с тыла на врага, оказавшиеся в западне пришли в полное замешательство и все же многие из них сумели собраться, проявив неожиданную резвость и спавший ранее боевой дух, ведь теперь от этого зависела уже их жизнь.
Стоя на стене замка, позабыв все наказы, женщины прижавшись к бойницам, с тревогой наблюдали за всем происходящим широко открытыми, полными ужаса глазами.
Буквально под их ногами происходило ожесточенное сражение, Бренда была не в силах оторвать глаз от фигуры Седрика, он бился в первых рядах, безостановочно нанося удары, вертко уклоняясь и отбивая летящие на него со всех сторон зловеще сверкающие на солнце мечи. При каждом новом его взмахе в разные стороны разлетались кровавые брызги, со всех сторон происходило то же самое и, казалось, что сам воздух вокруг сражающихся окрасился в красный цвет, картина была жуткой. Дикий скрежет бьющегося металла перемежевался с бешеным ржанием обезумевших лошадей, душераздирающими воплями раненых и стонами умирающих. Бренда зажала руками уши, но по-прежнему не отводила глаз, боясь потерять из виду любимого.
Уилл все время пытался находиться рядом с братом, краем глаза следя за ним, он начал раздражаться при виде такой безрассудной смелости, видя, с каким отчаянием тот бросается в самую гущу боя, вгрызаясь в глубь и, казалось, вовсе не заботится о том, что остается совершенно один среди многочисленных врагов. Во время, подлетев Уилл успел отбить удар, направленный в спину брата и задыхаясь от злости заорал:
– Отчаянный, решил один со всеми справиться?
Оценив помощь брата, Седрик выразил свою благодарность, странным образом громко рассмеявшись в ответ еще яростнее заорудовал мечом. Бренду передернуло, она не поверила своим глазам, неистовая жестокость, с которой дрался ее любимый, сопровождалась безумным смехом, вначале она восхищалась его мужеством, теперь не поняв причины его внезапного веселья, содрогнулась от мысли, Седрик не просто сражается, а получает удовольствие убивая.
В пылу боя Уэйкфилд не переставал беспрестанно вертеть головой, выискивая свою главную цель, сгорая от нетерпения как можно быстрее сойтись с Джеймсом лицом к лицу, переживая, что кто-нибудь другой успеет опередить. Наконец, найдя его взглядом, от радости испустил громкий клич и бросился в сторону врага, сметая всех на своем пути, подлетев, облегченно вздохнул:
– Ну, вот мы и встретились. – И громким голосом, чтобы слышали все окружающие, зычно крикнул – Сдавайтесь или вы умрете, это не ваша война.
Не желая погибать, наемники не раздумывая, все как один тут же подчинились его приказу, поспешно бросая на землю мечи и шлемы.
– Трусы. – Обезумев, заорал Джеймс.
Глядя в его разъяренные глаза, Уэйкфилд хладнокровно пояснил:
– Жизнь им дороже твоих денег.
Предводители сражения стоя напротив молча, с ненавистью в упор смотрели друг на друга, между тем вокруг все были в движении, пленных уже увели, и за их спинами образовался круг из воинов. Не спеша, как бы наслаждаясь, пытаясь продлить удовольствие от радостного предвкушения предстоящего боя, Уэйкфилд спешился, жестом предложив Джеймсу сделать то же самое.
– Ты собираешься биться сейчас? Здесь? – Дрожа от напряжения, уточнил Джеймс.
– Ну, а чего ждать то? Ты разве не для этого сюда явился или хотел все сделать чужими руками? – Насмешливо возразил рыцарь.
– Не терпится убить меня?
