— Ты очень милый, — сказала она. — И, если говорить честно, сексуальный, и мне хочется… ну, неважно, чего мне хочется. Сейчас мне лучше всего пойти домой, чтобы я могла прийти в себя.
— Конечно. — Казалось, на его лицо набежала черная туча. — Вероятно, тебе хочется зажечь свечу по Джею.
Она настолько поразилась, что уставилась на него.
— Что?..
Бен резко встал и скрылся в ванной.
— Я хочу принять душ. Говорить мне больше не хочется, — донеслось оттуда.
Джулия осталась лежать на широкой кровати, закутанная в простыню, которую она намочила своими глупыми слезами. Она поплакала еще немного, и на нее нахлынула волна грусти, причину которой Джулия не могла понять.
Кто знал, что мужчины могут быть такими ранимыми, думала она в тот же день, беспокойно мечась по дому, не находя себе места.
Она решила, что у нее нет времени на сожаления. Взглянула на обручальное кольцо, надетое ей на палец Джеем, и, почувствовав укол вины, быстро отвела взгляд на большую пачку гравированных свадебных приглашений, которые лежали в столовой в коробках.
Что ж, она займется сейчас тем, что станет надписывать конверты. Но прежде нужно убраться в комнатах и продумать, где разместить всех приехавших издалека гостей во время свадьбы Кристи…
Думать некогда. И вот она погрузилась в миллион домашних дел, которыми рано или поздно все равно нужно было заняться.
…а ее тело предавало хозяйку, вспоминая счастливые упоительные мгновения.
Порой внезапные вспышки воспоминаний возвращали ее в прошедшую ночь, и тогда пульс начинал бешено колотиться; она ощущала слабость во всем теле.
Это казалось несправедливым. Однако она уже научилась отодвигать подальше чувственные воспоминания и желания, напоминая себе, что она бабушка и очень занятая делами мать невесты.
Я могу это сделать, думала она. Я могу забыть на некоторое время про великана, чей рот горячий и нежный, чья борода поднимает меня на новые высоты экстаза, а чей…
О Боже! Снова ее щеки пылают.
«Пора принять еще раз холодный душ, Джулия», — решительно подумала она.
Она вернулась к роли бабушки в следующее воскресенье, когда к ней приехали на день внуки — Эмили, Даниэла и младенец Фидо. Их родители отправились на пикник, в котором участвуют только взрослые, и Джулия с восторгом осталась с малышами.
Особенно теперь, когда ей требовалось занять мысли и тело.
— Бабушка, иди сюда! — кричала Эмили. — Мы будем плавать! — Джулия вышла к ним на заднюю лужайку, где они наполнили маленький надувной бассейн, который она купила прошлым летом как раз для таких визитов.
— Пусти меня, — захныкала Даниэла. — Бабушка, она ничего мне не дает.
— Почему вы все время ссоритесь, девочки? Кузины должны любить друг друга. — Джулия держала на руках младенца и улыбалась от восторга. Лучшего занятия, чем сидеть с тремя внуками, она просто не могла себе представить.
Даже когда проснулась в объятиях Бена… нет, не о том она думает.
— У тебя все лицо красное, бабушка. Ты что, обгорела на солнце?
— Да, немного. Недавно я была на озере.
Прошло четыре дня, как она утром покинула дом Бена, и с тех пор с ним не виделась. Правда, Джулия знала, что он уехал на Лонг-Айленд на похороны друга. Он оставил в ее почтовом ящике записку, что нанял соседского мальчика, чтобы тот кормил рыбок и заботился об Иване. Также упомянул и о том, что если они с Кристи захотят взять собаку, то им достаточно будет сказать об этом мальчику.
— Иван больше нам не нужен, — заявила Кристи, когда вернулась с Кейпа. — Слава Богу, Минди давно не давала о себе знать.
Солнце жгло вовсю, и Джулия радовалась прохладе, сидя в тени раскидистых деревьев. Ее внучки, забавные пухленькие девчушки в ярких купальниках, осторожно влезли в бассейн. Но и тут вели себя по-разному. Смелая Эмили туг же подпрыгнула и шлепнулась в воду, словно в морской прибой. Даниэла, более робкая, стояла и никак не решалась окунуться.
Вскоре они опять поссорились, и когда Джулия их разняла, то внезапно подумала, как же ей ухитриться и оставить их, чтобы зайти в дом и разогреть бутылочку для маленького Тома. Пожалуй, придется вытащить девочек из воды, потому что оставлять их одних, даже на несколько минут, она боялась.
И тут услышала стук калитки. Неужели Эйприл или Бетани вернулись раньше времени с пикника?
Но это оказался Бен, уверенно шагающий через двор, высокий и великолепно выглядевший… в аккуратных брюках и просторной белой рубашке. Ее сердце забилось.
— Привет, мистер Бен! — радостно закричали девочки. Они успели привязаться к добродушному великану за то время, что провели в работе по саду и постройке беседки. — Смотрите! Мы умеем плавать…
— Привет! — ответил им Бен. Улыбка, как всегда, освещала его лицо, но на этот раз в ней не было привычного веселья. — Здравствуй, Джулия.
— Добро пожаловать домой, — сказала она, с трудом выталкивая слова. Она была поражена, встретившись с ним так неожиданно. Как ей хотелось поцеловать его, прижаться к мощной груди, но она тут же подавила эти желания.
Бен сел рядом.
— Как дела? — спросил он.
— Хорошо, Бен, а как у тебя? Было тяжело?
