Йим знала, что не сможет обогнать сарфа. Она бросилась к реке и, не раздумывая, прыгнула в воду. Проплывая сквозь пустоту, она почувствовала, как ее мягко дергают за струящиеся волосы. Затем она упала в воду. Йим стиснула зубы, опасаясь, что ударится о скрытый камень. Вместо этого холод выбил из нее дух, когда она погрузилась под бурную поверхность реки. Течение схватило ее, словно огромная ледяная рука, стремящаяся лишить ее дыхания и жизни. Йим боролась с ним, мешали ее сандалии и промокшая одежда. Она прорвалась сквозь пенистую поверхность и задыхалась. Сарф стоял на берегу, его меч был все еще вытянут. Клок отрезанных волос Йим плыл вниз и исчезал в бурлящем потоке. Затем появился Хонус, и два сарфа возобновили бой. Пока река уносила ее, Йим наблюдала за их поединком. Затем водяной занавес скрыл сцену, и она погрузилась в глубину.
Йорверн спас Йим от Сарфа, но он грозил утопить ее. Она научилась плавать в высокогорном озере, но бурная река – совсем другое дело. Течение боролось с каждым ее движением, устремляясь вниз по течению и вцепляясь когтями в одежду. Она была в его власти, пока не скинула сандалии и не сбросила одежду. Последнее было нелегко, но, освободившись от них, она могла двигаться без напряжения, и у течения было меньше поводов для захвата. Йим подплыла к крошечному островку, но река пронесла ее мимо. Она направилась к другому и тоже промахнулась.
Ниже по течению высился валун. Йим направилась к нему. На этот раз она достигла цели, но лишь затем, чтобы удариться об нее. Это было сильное столкновение, после чего Йим пришлось вцепиться в камень когтями, чтобы ее не оттащили от него. Ее убежище было мокрым и скользким, к тому же она оцепенела от холода. Вскарабкаться на скалу было непростой задачей, которую она едва не проиграла. Дважды она соскальзывала обратно в пенящуюся воду, так и не добравшись до безопасного места.
Голая, исцарапанная и дрожащая, Йим прижалась к скале, пока решалась ее судьба. Река отнесла ее достаточно далеко вниз по течению, чтобы Хонус и Гатт скрылись из виду. По звону стали Йим поняла, что их бой продолжается. Мечи издавали смертоносную музыку с неровным ритмом, и пока Йим могла ее слышать, она знала, что противники живы. Если Хонус умрет, то и я тоже.
Небо потемнело, а звон мечей не утихал. Деревья на берегу превратились в непроглядные тени, сливающиеся с холмами за ними. Внезапно Йим услышала только плеск воды. Тишина была зловещей, и она напряглась, пытаясь услышать хоть какой-то намек на исход битвы. Долгое время Йим ничего не слышала. Затем тишину нарушил стук копыт. Когда он стих, Йим опустила голову и разрыдалась.
Голос доносился из темноты.
– Йим!
Слабый голос вызвал в памяти образ смертельно раненного Хонуса.
– Хонус? – крикнула Йим. – Хонус, ты в порядке?
После мучительного молчания Йим снова услышала голос. На этот раз он был громче.
– Йим, где ты?
– Здесь! – крикнула она. – На камне в реке!
Очередную тишину наконец нарушил голос Хонуса. Он звучал ближе.
– Йим, где ты?
– Здесь! Ты в порядке?
– Я цел и невредим, – отозвался Хонус с берега. – Гатт сбежал.
Йим посмотрела на берег, но луна еще не взошла, и на берегу лежала лишь бесформенная тень. Она подумала, видит ли Хонус ее наготу. Хонус снова позвал.
– Ты можешь доплыть до берега?
– Сначала принеси мой плащ!
– Принесу.
Пока Йим ждала на скале, она готовилась к новому заплыву. Темная река казалась серой пустотой, над которой клубился туман. Уже озябнув, Йим боялась окунуться в воду. И тут она услышала голос Хонуса.
– Я нашел его, Йим.
Йим прыгнула, и река захватила ее. На этот раз она плыла не против течения, а наискосок к берегу. Холодная вода пронесла ее над одним изгибом, а затем над вторым, где был галечный пляж. Йим поплыла к берегу. Приблизившись к нему, она различила на сером фоне темную фигуру Хонуса. От холода ее конечности стали свинцовыми, и она с трудом доплыла до берега.
Йим справилась. К тому времени, когда она, пошатываясь, опустилась на гальку, ей было слишком холодно и муторно, чтобы обращать внимание на то, что она обнажена. Хонус бросился вперед и накрыл ее плащом. Затем он обхватил ее дрожащий торс и прижался горячей щекой к ее холодной щеке. Он ничего не сказал, но пылкость его объятий выдавала его чувства.
Как всегда, Йим чувствовала себя неловко, когда Хонус проявлял привязанность.
– Почему этот человек напал на нас? – спросила Йим.
– Я могу только догадываться, – ответил Хонус.
– Он ничего не сказал?
– Не более того, что вы слышали.
– Но как ты узнал, что он нападет?
– Его манера поведения была неправильной, – ответил Хонус. – Его поклон тебе не был низким, и он заговорил со мной без твоего разрешения. Сарф никогда бы не проявил такого неуважения к Носителю.
– Так он не был сарфом?
– О, Гатт – сарф. В этом нет сомнений. Но я сомневаюсь, что он верит, что ты Носитель.
– Может, и нет, – сказала Йим. – Не совсем.
