От неожиданности девушки даже вздрогнули. И как это ему удалось подкрасться так незаметно? Клим светился улыбкой, как начищенный медяк. Чистый, опрятный и где-то даже по-своему подтянут, насколько вообще это возможно для его нескладной фигуры. Но боже, какой же это был контраст в сравнении с только что отъехавшим Азаровым. Ему даже его запыленный вид придавал особенной мужественности. Кондратьева же… Н-да. Не стоит о грустном.
Господи. Он еще и цветы где-то раздобыл. Причем два букета. Африканская ромашка, как и в России, здесь всего лишь полевой цветок. В этом климате цветет круглый год, но наиболее обильно именно зимой. Так что особых сложностей в том, чтобы их собрать, нет. Тут главное — внимание. Вот именно! Внимание! Зачем оно им нужно!
Хомутова воровато осмотрелась, приметив веселящихся боевых подруг и прячущих улыбки механиков. Если первые нагло пялились на происходящее, то вторые, едва встретившись с ее взглядом, начинали сосредоточенно ковыряться в железе.
Спору нет, они пялились и когда приехал Григорий. Но к данному обстоятельству Мария отнеслась ровно. В смысле, даже не задумывалась, поглядывают на них или нет. А вот теперь ей не все равно. Потому что всем и каждому понятно, за какой такой надобностью доктор из госпиталя Красного Креста с завидным постоянством появляется в расположении их батальона.
— Клим! Как здорово, что ты пришел. — Алина разве только на его шее не повисла, с благодарностью приняв букет.
Н-да. А вот Дробышевой совершенно без разницы. Так как ни на кого и не смотрит. Приехал Азаров — и ладно, надела маску эдакой маленькой стервочки — и порядок. Пусть глазеют. Правда, едва не сорвалась, но тут же поспешила дать задний ход. Пришел Кондратьев — и ей вообще нет ни до кого дела.
— Мария Геннадьевна, это вам, — приблизившись с висящей на его руке Алиной, протянул второй букет Клим.
Девушка вперила в него рассерженный взгляд, и молодого человека на секунду взяла оторопь. Затем им овладели недоумение и растерянность. Он не мог взять в толк, что сделал не так. Ведь чем-то же вызвано ее недовольство.
Но злиться на него долго у нее все же не получилось. В этот момент он больше всего походил на сложившийся у нее образ котенка, вытащенного из воды. Господи, ну за что ей это наказание. Обреченно вздохнув, Мария скорее вырвала, чем взяла из его рук букет.
— Благодарю, Клим Сергеевич. Извините, мне нужно идти к машине. Скоро выдвигаемся. Алина, ты тоже не задерживайся, а то Котлярова вот-вот начнет метать молнии.
Бог весть к чему она сделала Дробышевой это замечание. Ведь не в училище уже, и она ей не начальник. Более того, в их паре старшая именно Алина, как обладающая наибольшим боевым опытом. Хомутова окинула взглядом странную парочку и направилась к своему тралу.
— Алина, я что-то сделал не так? — взглянув на подругу, поинтересовался Клим.
— С чего ты это взял? — возразила девушка как-то уж излишне эмоционально.
Да еще и вперив в Кондратьева сердитый взгляд. Потому что он не сводил своего с удаляющейся Хомутовой. При этом Алина уже в который раз невольно сопоставила себя и Марию, явно чувствуя, что проигрывает ей по всем статьям. Как в свое время уступала этой стерве Кате.
— Ладно, Клим. Ты уж извини, но нам и впрямь нужно готовиться. Колонна вот-вот выдвинется. Да и у тебя, наверное, забот хватает. Утро в разгаре, а больные к вам стекаются со всей округи.
— Алина, вы там поаккуратнее. Обещай, что будете осмотрительны.
Ну вот. Говорит вроде как с ней, а поминает сразу обеих. И о ком беспокоится больше, гадать не приходится. Так и захотелось вогнать в него очередную шпильку. Но удержалась. Уж больно несчастный у него вид.
— Хорошо, Клим. Мы будем аккуратны. И…
— Да?
— Она любила своего мужа, Клим. Сильно любила. И в легион подалась, только чтобы забыться. А тут ты со своими ухаживаниями, — неожиданно для самой себя произнесла она.
— Ты думаешь, это единственная причина? Дело не в том, что ей неприятен именно я? — вдруг преобразился он.
Господи, ну как был восторженным телком, так им и остался. Впрочем, нужно отдать ему должное, натура он цельная, и если любит, то без остатка. Да только Мария — не Катя. Ее миллионное наследство не заинтересует. Она не то что не бедствует, но и не стремится к большим деньгам. Так что тяжко ему придется. Ох, тяжко. Как бы еще и не разочаровался.
И вдруг Алина поймала себя на мысли, что не просто жалеет безответно влюбленного друга, но еще и думает над тем, как ему помочь. Это открытие ввергло ее в растерянность. Ну и еще самую толику разозлило. Поэтому она поспешно выпроводила Кондратьева, отмечая, что тот все же ушел в приподнятом настроении.
Н-да-а. Что и говорить, как они все были удивлены, когда уже в первый день по их прибытии в Арба-Мынч перед ними предстал Клим. И ведь не подгадывал. Попробуй тут подгадать, когда они и сами понятия не имели, где окажутся. Но судьба сама свела их вместе, словно потешаясь и наблюдая со стороны.
— Держи, — подойдя к Хомутовой, протянула ей свой букет Алина.
— Зачем это? — несколько резко поинтересовалась та.
