Соболев, ведущий специалист, а по совместительству физик и инженер-конструктор, деловито поправил очочки, вглядываясь в приборы, и, удовлетворенно кивнув, подал знак. Вал привода тут же отключили, и генератор затих. Как следствие, умерли и все электроприборы. Помощники не затягивая начали отсоединять целый ряд кабелей. Вот так всегда. Перед каждым испытанием всю схему приходилось собирать по новой. Чтобы не попасть под раздачу разлитой в эфире энергии.
— Все, Игнат Пантелеевич. Теперь ждем результата, — глядя на то, как убирают антенну, сообщил Соболев.
— Думаете, на этот раз получилось?
— Хм. Каждый раз уверен в результате. И всякий раз мимо. Будем ждать. Больше нам ничего не остается.
— Ну, насчет «не остается» вы не правы. Пора грузиться и, как только вы получите данные наблюдений, выдвигаться. Дирижабль уже ожидает.
Тем временем солдаты привычно и споро установили дуги, натянули тент, зашнуровали клапаны. Все. Самый обычный внедорожный грузовик-пятитонник ВАЗ-37. Таких в армии предостаточно. Едва покончили с тентом, как начали снимать маскировочную сеть.
Егоров не ошибся, когда предположил, что его назначение связано с делом в Австрии. Просто будь иначе — и полковника Сухарева, его бывшего начальника, не стали бы держать в неведении. Именно что бывшего. Майора поставили в известность, что отныне и до веку его судьба напрочь увязана с ОСО — Отделом специальных операций при Генеральном штабе.
Сегодня он в роли начальника отдела контрразведки легиона. Кем будет завтра — неизвестно. Но совершенно точно одно: вся его дальнейшая служба связана с ультраволновой пушкой Филиппова, этого секретного оружия Российской империи, являющегося если не козырным тузом, то уж точно и не валетом.
Как ни странно, заполучив чертежи и расчеты, русские физики не сразу смогли разобраться во всех деталях. Живые специалисты значительно упростили бы процесс. Но, к сожалению, год назад ситуация была такова, что действовать пришлось радикально. Примерно через полгода прототип выдал первый результат. Затем конструкцию удалось усовершенствовать, сделать более компактной. Вот даже расположить на грузовике.
Однако процесс совершенствования не прекращался ни на день. В настоящий момент здесь, в Эфиопии, пушка проходила полевые испытания, а ведущие специалисты пытались получить максимальную точность при стрельбе по заданным координатам. Н-да. Ну, фактически это не стрельба, а перенос в двести раз усиленной энергии взрыва.
В голове не укладывалось, как вообще возможно перенести взрыв за три сотни километров. Но именно на таком расстоянии находились армейские склады в городе Назрет. Войска Хайле Селассие в настоящий момент вели наступление на Аус. Но следующей их целью будет именно Назрет, и дальше на запад, разрезая страну на две части.
Грузовик уже скрылся в утробе дирижабля, когда на взлетном поле приземлилась пара Пе-2. Они выполняли двоякую роль. С одной стороны, наблюдали за результатами стрельб из пушки. С другой — своими действиями прикрывали испытания. Отрабатывали бомбометание с предельных высот. Ну откуда противнику знать, сколько бомб может унести этот двухвинтовой красавец. Кстати, три сотни кило — не так чтобы и мало. Не бомбардировщик, но как многоцелевой ударный самолет очень даже.
Экипажи истребителей дружной четверкой подошли для доклада. Оптимизмом при этом не блистали. Да оно и понятно. Кому понравится, когда тебя втягивают в какие-то секреты. Конечно, они и без того под неразглашением в связи с новейшими истребителями. Машины ни разу не экспортный вариант, должны поступить на вооружение военно-воздушных сил России. Здесь проходят обкатку войной. Но кому нужны лишние хлопоты и головная боль?
— Ну и чем вы нас порадуете? — встретил их вопросом Соболев.
— Четыре разрыва и взлетевший в небеса склад. Там, наверное, до сих пор снаряды рвутся, — доложил старший пары.
— Разрывы воздушные или фугасные? — уточнил физик.
— Фугасы. Фонтаны знатные взметались. В сам склад попал уже второй снаряд, — понятия не имея, о чем речь, по-своему определил летчик. — Вот карты.
Подробные планы города и прилегающей территории им были переданы лично Игнатом. И там все было четко до метра. Отметки обоих штурманов-стрелков с попаданиями из пушки Филиппова практически совпадали. Соболев с жадностью схватил листы и убежал на борт дирижабля. Но по всему видно, рад безмерно.
— Сами отбомбились? — поинтересовался Егоров.
— Так точно. Но у нас разброс вышел куда значительней. Хотя разок на территорию складов все же попали. Слишком высоко. Тут массой нужно брать, чтобы накрыть площадь.
— Отличная работа, господа офицеры. И помните, сегодняшнее задание выполняли по указанию начальника контрразведки. В результате умелых действий вами были разбомблены военные склады армейского значения. Награды, премии — все серьезно. Можете быть свободны.
Взбежал по трапу и тут же к Соболеву. Кучность четырех разрывов он оценил. Приметил и то, что получилось вроде бы куда плотнее прежнего. Но-о…
