– Помирились, – нехотя ответила Рыска. Что толку было скрывать? Басни про Вернувшегося и Рысь все давно знают.
– Повезло тебе, я прям завидую, – девушка шустро принялась за еду. Рыска только сейчас поняла одну вещь: а девица-то тоже полукровка! Такие же чёрные волосы и жёлто-зелёные глаза. Словно в зеркало смотришься. – Ты где сейчас служишь? – продолжала допрос девица.
– Да нигде... По дорогам, – Рыска снова попыталась есть.
– И куда направляешься?
– Сегодня уже никуда. Время к вечеру, ещё и дождь. Здесь заночуем, а там видно будет, – отделаться от таких трещоток, как Рыска давно успела понять, добром невозможно. Лучше односложно отвечать, глядишь, надоест и отстанут. Главное: не выдавать ни крупицы полезной информации.
– Дождь уже прошёл! – весело сказала девица, – Сейчас поем – и в путь.
Рыска искоса глянула в окно и оторопела: закатные лучи неизвестно откуда выглянувшего солнца позолотили дальний лес и купол молельни, хорошо различимый с того места, где сидела девушка. Но она готова была поклясться, что ещё щепку назад было пасмурно и слышался шорох дождя по крыше!
– Кто же так ставит, упадет ведь! – кивнула девица на кружку с чаем на соседнем столе, где обедал пожилой мужчина.
– Да нет, далеко... – зачем-то возразила Рыска.
В следующую щепку мужчину окликнули, и он, резко обернувшись, сбил свою кружку, выругался и сцепился с кухарем по этому поводу.
У Рыски шевельнулась было догадка, но что-то другое, тяжёлое, навалилось на неё вдруг, снова отбив аппетит.
А вот девица как раз закончила есть, отставив миску с ложкой.
– Ну, бывай, коллега, я поехала, – она похлопала Рыску по плечу, вызвав непроизвольную дрожь, и выскочила из столовой молодой горной козой, простучав по полу высокими острыми каблучками. И как только в такой обуви можно ездить верхом, а тем более сражаться, если придётся?
Сбросив неприятное впечатление, какую-то неправильность – может, от того, что за годы обучения она так и не общалась с этой девушкой и не ожидала от неё панибратства, а может, от того, что на душе плохо, а рядом звучит бодрый, звонкий голос, Рыска взялась было снова за ложку – и тут окончательно расхотела есть. Вскочила, едва не перевернув стол, и бегом побежала наверх.
Развилок был близок.
С Главой Пристани она столкнулась у лестницы, чуть не сбила мужика, на ходу перебирающего бумаги, извинилась, пробежала на пару ступенек вверх...
– Ты Рысь? – окликнул он её.
– Да, – девушка остановилась.
– Спутник твой – Хаскиль? – Рыска кивнула. – Тут ему ... письмо. Срочное. Передашь?
– Не было же ничего... Мы же лучину назад к вам заходили... – возразила девушка, похолодев. Впрочем, она сразу поняла – ему; ошибки нет.
– Только что принесли, девонька, – печально уронил мужчина, – Ничего хорошего... – и протянул ей вчетверо сложенный листок. – Уж извините...
Рыска почувствовала, как ноги за мгновенье налились свинцом, но поблагодарила путника и понуро побрела наверх.
Путничья почта считалась самой быстрой в Савринтарском тсарствии. Стоило отдать письмо в ближайшую Пристань, и оно срывалось в полёт с ближайшим путником, выехавшим после отдыха или еды по своим делам. Более того: письмо размножат в том количестве, которое потребует отправитель и передадут во все запрошенные им города. Есть, разумеется, и минус у такого сообщения: никакой тайны переписки, и потому письма для путников содержат лишь точную, сжатую информацию.
Можно передать письмо и из вески, любому проезжему или приглашённому путнику и точно знать, что оно найдёт адресата. Только так и можно связаться с неуловимыми воинами удачи, при чём отправитель ничего не должен платить: всё идет в счёт взносов, которые путники платят общине.
Однако и от самого путника кое-что зависит: если он ждёт письма, должен интересоваться его наличием в городах, где бывает, и Альк с Рыской так и поступили, едва войдя в Чеговицинскую Пристань.
Но письмо принесли чуть позже.
...Альк сидел в комнате за столом, подперев голову одной рукой. Он не то, что не прилёг, а даже плащ не снял.Только ножны с мечами скинул и бросил на кровать.
Он был весь как сжатая пружина... До дрожи хотелось его обнять. Рыска подошла ближе и ... не посмела. Просто со словами:
– Альк... вот... – положила на перед ним письмо.
Он бросил на неё затравленный взгляд, развернул послание, быстро пробежал глазами и отбросил, со вздохом откинувшись на спинку стула. Когда так долго ждёшь беды, сама беда воспринимается как облегчение.
– Читай, – уронил он.
Рыска тут же схватила листок бумаги.
Мелким, убористым почерком с сильным наклоном вправо по-саврянски там было написано:
“Дамира родила мальчика. И дитя, и мать при смерти. Срочно возвращайся домой”.
Дата стояла позавчерашняя.
Рыска подавила вздох. Она вообще не знала, что ей делать: молчать, говорить, может, уйти или помочь ему собраться?.. Её просто приморозило к полу.
– Я поеду, – тускло сказал Альк, – Ты со мной?
Ей хотелось бы сказать – Да! – но дар подсказывал ей, что она не может этого сделать.
