А потом вбежали стражники, заломили за спину руки и потащили вниз по лестнице.
– Это не я! Не я! – слышала Рыска свой голос.
Но её никто больше не слышал...
...А потом открыла глаза.
Было так темно, что Рыска не сразу и поняла, где находится. Руки онемели, сжавшись на чём-то длинном и холодном. Пошевелилась и упала с узкого топчана, неплохо приложившись об пол боком, бедром и виском. Была бы трезвая, поранилась бы. Одновременно с падением, раздался жуткий звон.
Рыска с трудом поднялась, потирая ушибленное и шипя от боли. Зато сразу вспомнила, где она.
Мир был настолько нереальным и чужим, словно она впервые попала сюда.
В кармане обнаружилось огниво, на столе нашлась и свечка. Путница высекла искру, затем осветила комнату. На глаза попался старый гобелен, пыльный и рваный, зато изображающий лесное озеро и пару лебедей с птенцами.
– Эх, лебеди, птицы белокрылые... – прошептала она сама себе.
Все вспомнилось...
Рыска, шатаясь, подошла к мечам, бережно подняла их, словно это были не мечи, а её родные дети, уложила их на топчан и уселась рядом.
Чем дольше разлука, тем радостнее встреча, но тем тяжелее будет новое расставание.
Кто это сказал? Кто-то из великих.
И оказался прав, потому что теперь ей было намного хуже, чем раньше, до этой встречи.
КАК ЖЕ БОЛЬНО!!!
Как будто все нутро выдрали. Ничего не осталось... Пустая жизнь, ненужная.
И не носить бы ещё дар (и кто его даром только назвал?), не иметь понятия о завтрашних злоключениях – так нет же, всё известно наперед... И чем дальше, тем точнее. Кажется, можно что-то изменить, но либо выбор не велик, либо приходишь другим путём к тому же самому разбитому корыту.
С годами напрашивался вывод: а стоит ли вообще что-то менять? Может быть, жизнь и даётся только для страдания?
Но как же подло – после таких дней, после таких слов снова остаться одной! И как оказалось, если прощаешься по-доброму, то это ещё больнее, чем расставание со скандалом. Слёз, во всяком случае, проливается ещё больше, ведь плакать о том, кто струсил – недостойно, о том, кто бросил – стыдно и глупо, а о том, кто уехал к умирающим родным и поклялся вернуться?.. В самый раз, но ещё горше.
Слёзы снова потекли по щекам, словно вопреки воле хозяйки.
Поднявшись, Рыска вышла на улицу, решив немного пройтись по двору. Может быть, на свежем воздухе станет хоть немного легче, хотя бы алкоголь слегка отпустит?
...Судя по положению луны, время близилось к рассвету, но, видимо, неплохо вчера приложилась к стакану, раз до сих пор так плохо.
Прошлась по двору, присела на скамейку, взглянула на небо. Всё та же луна, что светила им двоим в Зайцеграде, стояла над городом, но от неё осталась половинка. И на неё хотелось выть...
Стоило лишь представить Алька, как в виски стрельнула боль, да такая сильная, что она чуть было со скамейки не упала, но справилась, отдышалась. Вроде прошло... Это временно, подумала Рыска. Это из-за похмелья. Завтра всё пройдет...
Она поднялась, прошлась по двору. Дождь давно закончился, но ночь была холодная. Холодно вообще в ней, в этой Саврии... И как они тут живут? А замок Хаскилей ещё и севернее, полтора-два дня пути отсюда.
...А потом даже представлять не понадобилось – само пришло: благообразный старик-саврянин в белых одеждах развел руками и отошел от постели больной. Светловолосая девушка лежала, раскинув руки с закрытыми глазами, а на лице её застыл покой...
Не успел Альк. Умерла она... Наверняка он уже знает, так помоги ему, Хольга... Успокой его, защити.
Что её саврянин благополучно доберётся до замка, путница точно знала. Беда была совсем не на этой дороге.
Она должна была случиться дальше... Намного дальше. Слишком далеко. Там, где поменять его дорогу будет невероятно трудно.
А потом, если предположить, что всё получится, их дороги надолго разойдутся. Возможно даже навсегда...
Всем путникам известно: если планируешь с кем-то совместное будущее, никогда не выбирай развилок. Он непременно разведёт в разные стороны... Но у них и выбора-то считай не было. Другие дороги на самом деле были ещё хуже этой... Если бы она последовала за ним вчера, беда случилась бы не только с ним и не только здесь. А вот с кем ещё, пока было так и не ясно.
Теперь же по крайней мере есть хоть небольшой шанс – и для них двоих, и для всей страны.
Мелодия вплелась в сознание как-то внезапно, словно ниоткуда. В голове это звучало или на самом деле? Наверное, всё-таки, кто-то где-то пел, потому что слова были другие и на саврянском языке. Не узнай она мотив, и не поняла бы даже, что это за песня.
Рыска подошла ближе к забору, обняла одной рукой дерево и прислушалась. Пели совсем рядом.
Завтра наше время закончится...
Похоже, Альк, наше с тобой завтра было вчера...
Не судьба нам быть вместе, и ты понял это ещё тогда, много лет назад, потому и не подпускал меня близко так долго.
... Следы мои ветром сгладятся...
Невозможно горевать всю жизнь, и если ты ушёл навсегда, то я тоже рано или поздно успокоюсь, приму своё одиночество, стану жить дальше... Тем более, такое уже было.
Я не хочу этого...
