Тихий рокот мотора и всплески огня за окном. Это раньше они ехали, визжа покрышками, сбегая из дворца без оглядки, теперь же вдали от повстанцев и гвардейцев они могли не бояться перекрёстного огня. Но спокойствие дороги вскрыло тишину, повисшую в салоне. Клэр могла ждать от принца что угодно, но не это молчание. Будто он и не заметил её попытки убежать.
Очередной залп и всплеск зарева за окном. Мимо пронёсся дом, объятый пламенем, военный вездеход остался позади. Лайтнинг это заставило хоть чуть-чуть взять себя в руки.
Смотря на угольно-чёрные останки домов и дым, валивший из окон, она вспоминала, как и где видела такие же картины: вначале на видеозаписях в академии, потом - в живую. Фэррон не ненавидела такую войну, хотя вся её жизнь прошла на службе.
Лайтнинг кинула взгляд на Ноктиса, пытаясь понять, что творится в его душе сейчас. Усталый взгляд на дорогу, руки на руле, вся кожа в пятнах засохшей крови. Хорошо, хоть на чёрной ткани костюма это не так бросалось в глаза. Клэр знала, что нет ничего хуже того, когда Ноктис так отстранён. Ей пришлось себя пересилить. Разлепив пересохшие губы, она спросила:
- С тобой всё в порядке?
Ноктис вынырнул из своих раздумий и скосил глаза на Клэр, насколько это позволяла неровная дорога.
Принц в странном состоянии вел автомобиль. Ему уже ничего не хотелось, он просто автоматически выбирал нужный поворот, даже не задумываясь, огибал преграды. Он, как задерживают дыхание под водой, давил в себе осознание того, что Клэр почти сбежала. Ноктис знал: ещё чуть-чуть, и он захлебнётся в этом предательстве.
- В порядке, - откровенная ложь.
Душа и тело не желали быть одним целыми. Ноктис никогда в своей жизни ещё не был так опустошен, ему нужен был отдых и хотя бы немного сна.
- Я могу… - начала Лайтнинг. Она хотела предложить сменить его за рулём, но Ноктис понял её мысли и перебил:
- Не можешь.
Почему его задевало, что даже в такой ситуации она пытается кого-то опекать? Его? Захотелось горько улыбнуться - в Клэр взыграло чувство вины! Будь это с ними не сегодня, не перевернись в его жизни всё с ног на голову, подобную попытку прогнуться под себя принц мог бы принять за слабость. Сын короля холодно обошелся бы с тем, кто так повинился. Но её вина не вызывала в нём садистских желаний.
- Почему ты это сделала? - наконец спросил Ноктис, сжалившись над Клэр и собой.
Она не смогла сразу ответить, лишь глубоко вздохнула. У неё не было слов для принца. Сколько она будет противоречить себе и своему разуму? Снова перешагивая через себя, Фэррон ответила:
- Я должна спасти Ваниль,- голос звучал жалко. Клэр саму от себя тошнило.
- Вот как, - пространный тон.
А чего ещё Ноктис ожидал от неё? У него больше не было сил бороться с Клэр, с её желанием уничтожить всё, что он пытался создать. - Спасти Ваниль любой ценой…- тихо произнёс Ноктис.
Голос его был невнятным, так разговаривают вслух с самим собой. Он не насмехался над Клэр, скорее издевался над собой. Спасти Ваниль ценой его жизни! Что ещё могло до конца растоптать сына короля?!
Ноктис опустил глаза, часы Клэр как и прежде пульсировали на руке, только цвет огонька стал красным.
Каэлум только в этот миг понял, что эта важная для неё вещь хранит вовсе не дорогие воспоминания. Лайтнинг призналась, что является шпионом Кокона, и теперь металл её часов начал обжигать запястье, хотелось снять их с руки. Как будто с их помощью всё это время за Ноктисом следили и управляли его поступкам.
Отвлёкшись от дороги, он еле выровнял руль на повороте. Ноктис понял, что больше не может сдерживать то, что в нём вскипало.
- Тот парень на мотоцикле - тоже шпион Кокона? - спросил он.
У Лайтнинг перехватило дыхание. Она предполагала, кто тот человек, и понимала, что её догадки будут последней каплей для измученного принца. Но и её враньё могло добить Ноктиса:
- Скорее всего - да, - она постаралась сделать тон голоса безразличным.
Он прикрыл влажные глаза, когда очередной взрыв окрасил горизонт. А ведь Клэр чуть не ушла с этим парнем. Ревность и обида перелились через край. Клэр была права: однажды принц её прибьет, устанет бороться с самим собой, с привычкой видеть везде врагов и своим желанием выжить любой ценой.
Вот он на одной чаше весов, такой твердый и целеустремленный, а вот она - такая прямолинейная и честная. Когда их интересы пересекутся, Ноктис не сможет остановиться, защищаясь. Так было со Стеллой, так будет и с Клэр…
“Защищая себя…” - Ноктис повторил эту фразу, такую нелепую для Каэлума. Как же он уязвим! Будто бы он так легко отказывался от ответственности за все свои решения, принятые этой ночью. Будто бы теперь это не его желание, а желание Кокона, внушенное через Клэр - оставить в живых отца, пустить всё к чертям.
Подобный выверт своего сознания Ноктис уже не мог принять. Он - потомок Гильгамеша, наследник Каэлума. Он, и только он несёт полную ответственность за все свои поступки! Не Ноктис ли всегда говорил, что его желания неоспоримы, не он ли добивается своего любой ценой?!
Новый поворот машины, и они резко остановились.
