Затем Гарриэт рассказала то, о чём ей совершенно не хотелось упоминать: в её действиях крылось серьёзное нарушение частной жизни запечатлённых ею девочек. Так как фотографий было много, то она выкладывала их в блог, и её почитатели выбирали понравившиеся портреты, с которых она потом делала кукол.
После окончания работы Гарри выставляла кукол на электронные торги, и таким образом они уходили в неизвестные руки.
Выяснилось, что особого интереса в блоге к тем трём куклам никто не проявлял. Покупатели были, но ажиотажа ни у кого не вызывали. Но последнюю куклу, которая была копией пропавшей Кэрол Тодд, Ватсон еще не продала — только недавно смогла закончить декор платья, а потому опоздала к намеченной дате продажи почти на три недели. На первый взгляд это было фантастическим везением. Но и тут новые факты не хотели складываться в ясную картину.
Получив от Гарри даты торгов первыми двумя куклами, Грегори и Шерлок сопоставили их с пропажей девочек. Обе куклы были куплены до того, как дети пропали. Кэрол же пропала без куклы-двойника, словно её решили использовать спонтанно или до последнего ждали, что Гарриэт закончит куклу в срок. Теперь оставалось только отследить того, кто получит игрушечную Кэрол, — и можно было ловить преступников.
Однако Шерлоку не давало покоя, что всё это было связано с одной больницей. Отследить девочек по изображениям, сданным им Гарриэт, было довольно сложным делом: поиски фото жертв в интернете не дали результатов. Родители берегли их от объективов камер, так как сами являлись достаточно известными в своих кругах людьми. Значит, всех девочек должны были найти до того, как у Гарри оказались их фотографии, или с её подачи. На последнее обвинение она ответила твёрдым «нет»: она никому не рассказывала, где видела этих девочек, так как была вероятность, что её могли привлечь за незаконное размещение их снимков в сети.
Холмс чувствовал, что все дороги ведут к дверям клиники, где работал Джон. А вот дальше эти дорожки запутывались в большой узел, нитки из которого торчали во все стороны, сбивая со следа и мешая видеть главное. Шерлок провёл целый день, копаясь в медицинском архиве и сверяя карты жертв. Но ему удалось лишь свести общую картину к восьми врачам. Это помогло, но им нужно было еще больше сузить ареал поисков, потому что времени почти не было. Наибольший удар здоровью девочек, по мнению Молли, был нанесён именно в первые дни, поэтому для них с Грегори часы шли в десятки раз быстрее, чем для остальных.
Им нужно было хотя бы попытаться понять, кто вообще не мог быть причастен к случившемуся. Даже подчинённые из соседних отделов были направлены на разработку врачей из клиники. Самим Холмсу и Лестрейду достались заведующая отделением общей терапии, кардиолог и Джон Ватсон. Конечно, разумнее и рациональнее было послать к Джону кого-то другого, чтобы избежать банального конфликта интересов, но Грегори настолько верил в непогрешимость Шерлока, что позволил ему подобный шаг.
Выбросив окурок в мусорное ведро у двери, детектив повёл плечами, словно только что ощутил прохладу, и посмотрел на хмурое небо над головой. Через десять минут им предстояла поездка в клинику и разговор с Джоном. Шерлоку хотелось позвонить ему и просто спросить обо всём, чтобы малодушно убедиться в его невиновности, в наличии у него алиби, в его верности и честности. Только он не мог позволить себе поставить под удар всё расследование из-за неуместных сантиментов. На данный момент Джон был почти идеальным подозреваемым и их родственная связь с Гарриэт только выделяла его среди остальных. А потому вмешиваться было нельзя.
В висках зудела жгучая боль, а во рту стоял горький привкус. Шерлок судорожно сжал в кармане телефон и толкнул дверь, заходя в здание. На миг ему показалось, что именно так чувствуют себя предатели, но он тут же отбросил такие мысли. На них не было времени. Жизнь девочки висела на волоске — Холмс не имел возможности отступать из-за своей привязанности. У него не было права менять её жизнь на жизнь Джона при любом возможном раскладе.
***
Распланировав абсолютно всё, они не учли самого главного: все врачи имели свою смену и работали по графику — два через два.
Выругавшись, Грегори раздражённо отослал стажёра найти Салли и привести её в зал ожидания, им нужно было корректировать план. Шерлок внимательно изучал отданные им графики всех врачей из списка. Он присел на небольшой диванчик и, позвав Лестрейда к себе, указал подошедшему на совпадение дней похищения девочек и выходных у четырёх докторов. В том числе — и у Джона.
Перевернув лист с его графиком, мужчины переглянулись, но не сказали ни слова. Ни один из них не хотел первым озвучивать очевидное предположение. Наконец Грегори встал и отбросил листы в кипу документов, полученных у заведующей отделением.
— Это ничего не значит, ты отлично понимаешь, что на совпадениях версии не строятся.
Шерлок бросил на него нечитаемый взгляд, но промолчал, упрямо наморщив лоб и не желая ни опровергать, ни признавать правдивость его слов.
