— Шерлок, что за мерзкие инсинуации? Я пришёл проведать тебя, выказать заинтересованность в твоём скорейшем выздоровлении, озвучить свои опасения твоим состоянием, а ты… Обвинить меня в том, что я принёс тебе бомбу, когда я забочусь о том, как тебя тут кормят, — распинался Джим, уже откровенно веселясь и хитро поглядывая на него. Открыв пакет, он показал Шерлоку апельсины, яблоки, груши и бананы, один из которых он тут же оторвал от связки и, открыв его, сел в кресло напротив кровати Холмса.
— Ты думаешь, я поверю тебе, а то и стану есть то, что ты принёс? — ответил ему Шерлок с таким же весельем в голосе. Как бы то ни было, приход Мориарти был отличным развлечением, и он не собирался прекращать его прямо сейчас.
— Я же ем, — усмехнулся Джим и, глядя ему в глаза, откусил от банана большой кусок. А затем улыбнулся и облизал губы. Шерлок покачал головой и опустил взгляд на свои руки, лежавшие на бёдрах. — Хочешь что-нибудь попробовать? — спросил Джим, снова откусив от банана.
— Желаешь тоже предложить мне банан?
— Это было бы волшебно, но, думаю, ты откажешься. Ты такой холодный, — он смешно сморщил нос и вытянул губы бантиком, когда на него снова обратили внимание. Шерлок еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Вариант с отравленной едой точно не рассматривался, Мориарти бы не стал так подставлять себя. Но выводить гостя из себя было крайне весело.
— Яблоко, — бросил Шерлок, и Джим тут же встал, чтобы выполнить его просьбу-приказ. Взяв фрукт, он прошёл в туалет, ополоснул его под краном, вытер и только после этого вернулся в палату.
— Прошу, — томно улыбнулся Мориарти, протягивая яблоко Холмсу. Тот взял его, стараясь не касаться чужих пальцев. Джим заметил это и нахмурился. — И благодарности не дождусь, конечно, — хмыкнул он и опустился в кресло, закинув ногу на ногу и снова беря в руки многострадальный банан.
Шерлок в этот момент надкусил яблоко, оказавшееся как раз его любимого сорта. Он улыбнулся, чувствуя себя даже чуть польщённым.
— Спасибо за внимание к деталям, — улыбнулся он, приподнимая яблоко повыше и салютуя им. Джим оценил его догадку и подмигнул, после чего, опять под взглядом Шерлока, поднёс банан ко рту и откусил еще, задержав губы на фрукте немного дольше, чем было нужно. Тот фыркнул и подавил улыбку. Мориарти искренне забавлялся, словно соскучился и теперь навёрстывал упущенное.
— Всегда пожалуйста, милый!
— Зачем это всё, Джим? — немного погодя, спросил Шерлок, крутивший яблоко в руках. Есть его уже расхотелось.
— Я уже сказал: беспокоюсь о твоём здоровье. Мы оба знаем, как кормят в больницах, даже самых лучших. А это — абсолютно чистые, без примесей, продукты, — валять дурака у Джима получалось ничуть не хуже, чем у самого Шерлока, так что тот лишь поморщился.
— Ты прекрасно понял, о чём я говорил.
— Ах, ты про это… — протянул Мориарти и, безразлично бросив шкурку от банана рядом с креслом, вмиг стал почти серьёзным, если бы не горевшие ехидством глаза. — Ты совсем не обращал на меня внимания, погрязнув в переживаниях из-за своего бывшего сожителя. Мне пришлось принять меры, — он манерно «строил глазки», но Шерлок не оценил этого, и тогда Джим просто расслабился, став собой: немного уставшим, с цепким взглядом и тонкими, поджатыми губами.
— Ты не давал о себе знать.
— А как же ограбление банка в Белфасте полгода назад? Или убийство бельгийского чиновника, приехавшего отдохнуть в Лондон, десять месяцев назад? Или взлом системы безопасности охранной фирмы, обслуживающей Хитроу, год назад? — Шерлок с интересом смотрел на него и понимал, что каким-то образом пропустил всё это, не заметив наверняка остроумные и изящные преступления из-за надуманной рефлексии. Джим согласно кивнул его мыслям и добавил: — И это только малая часть того, что ты не увидел. А я так старался. И кто на это обратил внимание? Никто! Ты обидел меня, Шерлок, — очень тихо сказал Мориарти скучающим тоном, и именно это заставило Холмса замереть.
— То есть ты спокойно позволил двум детям умереть только из-за того, что я не поиграл с тобой? — уточнил Шерлок, глядя ему в глаза. Джим не поддавался и не отбрасывал маску скучающего аристократа. — Ты пытаешься обойтись без лишних жертв, если это возможно. У тебя есть «кодекс чести», я это знаю, пусть и довольно сомнительный, но он есть.
— Какое мне дело до чужих детей? — резко спросил Джим, и Шерлок всё понял. Он подобрался и принялся выдавать факт за фактом:
— Ты не знал, что она их убьёт. Она обманула тебя, пообещав, что просто похитит их, чтобы забрать себе. Ты, наверное, помог даже сделать документы с новыми именами для всех трёх. Я прав? — ответом ему служил злой взгляд Мориарти. Другого подтверждения не требовалось.
— Эта дрянь за всё ответит. Никто не имеет права лгать мне, — глаза Джима почернели от гнева, и Шерлок словно проваливался в бездну, глядя в них. — Болит? — внезапно спросил Мориарти, кивнув на его руку, и Холмсу ничего не оставалось, как неуверенно пожать одним плечом.
— Бывало и хуже, — усмехнулся он, склонив голову набок. Джим тут же взвился и зло выплюнул:
