Но почти сразу черты лица небрис разгладились, выражение глаз изменилось. Древний варвар смотрел как существо, стоявшее на твердой почве и вмиг сорвавшееся в пропасть. Подобно человеку, очнувшемуся в незнакомом месте – беспомощно озирался, словно чего-то искал.
– Я пугаю тебя … – пожал плечами. Руки, как плети, ударились о тело. – Похоже, все напрасно. Ты не услышала, что говорил тогда в бюро…
– После возвращения из Зефрата? – я старалась перевести дух и осмыслить происходящее.
Айн снова пожал плечами – как-то беспомощно. Конечно! Он же не в курсе – куда я ездила!
– После того, как пропала на месяц? – исправилась суматошно.
– Ага.
– И что же?
– Я сказал – никогда не причиню тебе вред. Давай уточню: пока жив, вменяем и дееспособен. Никто не причинит тебе вред. Включая меня самого. Поэтому прекрати уже съеживаться, словно зашуганный зверек, всякий раз, когда объясняю свои принципы и намерения! – уголки губ айна неестественно дернулись вниз. Помедлив немного, Дэл выпалил: – Женщина! Обидеть тебя для меня то же самое, что… вырвать себе сердце.
– Ты говоришь страшные вещи, Дэл, – я с трудом сдерживала дрожь в голосе.
– Какие бы зверства я ни чинил. Каким бы кровожадным монстром ни был, по твоим меркам, – медленно, чуть ли не нараспев проговорил айн, будто давая возможность переварить сказанное, – никогда и никому не позволю сделать нехорошее с тобой! Это касается и меня.
Оцепенение не проходило. Смотрела в глаза айна – и меня бросало из огня да в полымя. Тепло, волнение, невесомость вмиг испарялись. Я оставалась один на один со страхом и недоверием. Голая и беззащитная подобно новорожденному. Мнительная, с бурным воображением и осознанием – для старожилов этого мира уничтожить меня проще, чем человеку жука раздавить. Леденящая душу мысль опять загоняла в ступор. Казалось, многотонные глыбы обрушивались на позвоночник. Отчаянно ища выход, старалась забиться в защитный кокон. В безопасное место! Новые чувства вытесняли предыдущие. Я совершенно перестала понимать себя. Чего хочу? Близости Дэла, опоры, заботы… или держаться от него подальше, спрятаться туда, где не достанет? Нервы окончательно сдавали.
Дэл ждал, тяжело выдыхая воздух. Прижал руки к телу, наклонившись вперед и неотрывно глядя в глаза.
Конечно же, он не причинит вреда! Слишком важна… Тогда почему… Черт! Важна сейчас! А потом? Через месяц? Через год? Когда айн охладеет, эта его спокойная, непоколебимая жестокость обернется против меня и близких?
Эмоции напоминали волны в шторм. То на берег обрушивалась лавина воды, то уходила, оставляя голые камни и мертвую рыбу. Меня бросало из крайности в крайность: комфорт рядом с Дэлом – желание скрыться в спасительном коконе, доверие к небрис – ужас перед его сверхспособностями. Рискни, поддайся убеждениям, а он потеряет интерес и порвет в клочья. Примется месить, как Ррула, вспомнив все старые обиды. От контраста я разрывалась на части. Господи! Да что такое-то?
Уж озарило так озарило. Картина медленно нарисовалась в голове. Телом, душой я чувствовала – древний варвар дорожит мной. Бережет, лелеет. Но не потому ли, что впервые женщина отказала могучему, привлекательному, богатому королю небрис? Может, покорить меня, заставить любить, желать – дело чести? Способен ли этот матерый ловелас, убийца по натуре, на истинные чувства, про которые говорил? Знает ли вообще, что это такое?
–Дэл! – проговорила я устало – маятник переживаний изматывал, лишал сил. – Ты до жути пугаешь, до мурашек. Нынче не обидишь, а потом? Когда твое отношение поменяется…
Айн вздрогнул, будто его хлестнули плетью. Я вспомнила этот жест – древнего варвара шокировало услышанное.
Сделал шаг, второй, третий. Я в очередной уже раз съежилась, втянув голову в плечи, как перепуганная птица. Айн взял мою ладонь и начал поглаживать пальцами. Неспешно, ласково, массируя, как умел только он. Дыхание выровнялось, руки потеплели, сердце забилось ровнее.
– Так вот что тебя беспокоит! – протянул Дэл. – Не нахожу способа объяснить и доказать – он заметно растерялся. – Честно. Ты поставила меня в тупик.
– Потому что и сам не знаешь! – попыталась я доказать собственную правоту. – Не заметишь, когда все поменяется.
– Бред это, женщина! Но ума не приложу, как оспорить, – заявил айн. – Чем докажешь, что вот эти пальчики твои? Логически?
– Ничем… – растерялась я. – Мои – и все!
Кисть – часть руки, рука – часть тела… Мысль ускользнула, логическая связка оборвалась, голова опустела, меня разбил чувственный и мысленный паралич. Не могу нормально соображать, когда давят, требуя ответ здесь и сейчас, поблескивая смертоносными клыками у лица. Я ошалело моргала и ждала продолжения тирады древнего варвара.