– Продам! – упрямо тряхнул головой Азадан. – И на таких найдутся любители. А разродится, так у купившего ее будет только прибавление в виде младенца-раба.
И тут Асгерд, которая силилась вырвать лицо из цепко сжимавших ее пальцев Азадана, все же умудрилась вывернуться и укусить его за руку. Азадан вскрикнул, а хазары громко рассмеялись. Азадан тут же нанес Асгерд пощечину, от которой молодая женщина едва смогла устоять. Ее длинные светлые волосы, разметавшись, совсем закрыли лицо, но она, откинув их назад, гордо произнесла:
– Ты за это поплатишься, вонючий ублюдок! Я – дочь уважаемого всеми ярла Аудуна, и он порежет тебя на ремни, если ты что-то сделаешь со мной!
Асгерд выкрикнула это по-варяжски, Азадан ничего не понял, просто схватил ее за волосы и поволок к группе остальных невольников. Однако Гаведдай, похоже, что-то уразумел, поэтому остановил предводителя хазар. Стал спрашивать у остальных пленников на довольно неплохом славянском, правду ли говорит женщина, что она дочь Аудуна из Ростова и согласится ли ярл за жизнь и свободу дочери провести их к Ростову, затерянному в лесах. Ему никто не ответил, пленники угрюмо отмалчивались. Асгерд стала говорить, что ее отец не подлец и что он никогда не пойдет на подобную сделку, и тогда Гаведдай, уже понявший, что перед ним переселенцы из Ростова, обратился к ним с предложением послужить его отряду проводниками к Ростову. Разумеется, за освобождение. Однако ответа по-прежнему не получил.
– Хватит перед ними стелиться, – прервал его Азадан. – Мы твой Ростов и так отыщем, а я сейчас же велю поднимать на стругах паруса – будем возвращаться к булгарам. А через пару дней, как только управимся, снова тронемся в путь. Даже тебе что-то перепадет, горбатый. В обиде не будешь. Но если тебя это успокоит, я готов избавиться от некоторых из них прямо сейчас. В первую очередь от уродливого варяга с заячьей губой, так как он ранен в схватке и к тому же стар. И вот этого хилого можно порешить, – добавил он, указывая на лежавшего на земле Усмара. – Правда, сперва разденем – кафтан с шитьем слишком хорош, чтобы его портить.
У Усмара глаза полезли на лоб, когда он понял, что ждать смерти ему осталось не так уж долго. Он рвался из рук разбойников, но все были отвлечены тем, что сотворил Энунд Заячья Губа. Едва Азадан подошел к нему, старый варяг сам кинулся на него, ударом лба в лицо свалил более низкого хазарина, стал топтать ногами. Азадан поднял визг, и тут же пара из его банды кинулась к Энунду, но даже когда они вонзили в него сабли, старый варяг продолжал рваться, а затем вскинул руки и, падая, заревел:
– Один! Иду к тебе!
Варяга, уже мертвого, пронзили еще несколько раз, и Асгерд громко произнесла:
– Он и в плену умер как герой! Да поднесут ему сегодня же пенный рог в светлой Валгалле!
Тем временем Гаведдай, помогая подняться Азадану, вновь стал твердить, что с такими пленными у них будет слишком много хлопот. Разозленный Азадан и впрямь собрался отдать приказ избавиться от пленников. В этот момент Усмар, которому наконец-то удалось выплюнуть кляп, издал нечто похожее на крик.
– Благородный господин, – пополз он к Гаведдаю, – тебе нет нужды убивать нас. Мое имя Усмар, и у меня среди булгар есть могущественные покровители, которые смогут щедро заплатить за меня.
Он сказал это, глядя прямо в лицо Гаведдаю, ибо уже догадался, кто тут более сообразительный. Но сообразительности Гаведдая хватило и на то, чтобы понять: лишившийся своих кораблей невольник не будет дорого стоить в глазах упомянутых им булгарских купцов. Еще Гаведдай понял, что этот слабосильный человек может оказаться куда сговорчивее иных упрямых пленников. Поэтому он хитро прищурился и даже сел на корточки перед ставшим на колени Усмаром.
– Ты тоже плывешь из Ростова?
Тот кивнул.
– Да, я долгое время служил там тиуном и знаю всю округу, поскольку не раз ездил в полюдье и за сбором дани. Как я понял, вам надобно пробраться к Ростову. И не по рекам, которые хорошо охраняются затаившимися в зарослях воинами, чьи стрелы отравлены смертоносным ядом. Вам нужен проводник, который поведет вас через чащи, в обход озера Неро, откуда в Ростове никто не ждет нападения.
Усмар старался не смотреть в ту сторону, куда разбойники сгоняли пленников. Он заметил, что его жену пока не трогают, и она смотрит, как он сговаривается с горбуном. Усмар упрямо отворачивался от Асгерд, не переставая бормотать, что Ростов богат, там много торговых дворов, амбаров с добром и клетями, полными пушнины. К тому же, объяснял он, посадник Путята вот-вот отправится с положенной данью на Русь, причем большинство воинов отбудут с ним, а в Ростове останется совсем немного людей.
– Скажи, – прервал его торопливую речь Гаведдай, – а живет ли сейчас в Ростове златокудрая дева, которую вы зовете Медовой?
Усмар растерялся от неожиданного вопроса, но быстро и утвердительно закивал головой.
