«Нормальные люди постоянно улыбаются и смеются, - думала я, забираясь в постель, - и вовсе не для того, чтобы что-то доказать». Они не держат остальных на расстоянии вытянутой руки из принципа и не ведут себя так, словно все те, кому они не доверяют свою жизнь, автоматически переходят в разряд смертельных врагов. И, кажется, они весьма довольны собой.
С этой мыслью я заснула, и впервые с миссии на Иден Прайме в моих сновидениях не нашлось места для смерти.
========== На краю ==========
Кейден
Я слышал, что запах – это самый мощный спусковой механизм памяти. Как бы далеко вы ни прятали воспоминание, знакомый запах заставит его вернуться назад, сокрушая все воздвигнутые на пути психологические преграды, таким же ярким, каким оно было когда-то.
Это случилось на Цитадели чуть более года спустя после того дня, о котором я так старался не думать – дня, когда шлюз спасательного челнока открылся, обнаруживая всего одного человека, и мой мир разлетелся на осколки. Кажется, я шел в посольства, а может, и возвращался оттуда, когда поймал в воздухе запах ванили и аниса – такой богатый, загадочный и насколько ее, что сердце оборвалось у меня в груди, и показалось, что стало нечем дышать. Я так хорошо держался – практически не думал о ней в течение последних нескольких недель. Но вот она снова стояла передо мной: рубашка, соскальзывающая с обнаженных плеч, глаза, такие теплые, темные и полные страсти, мышцы, двигающиеся под невероятно мягкой кожей. Воспоминания до сих пор причиняли нестерпимую боль.
Я обернулся и увидел какую-то девушку–служащую с длинными, медового цвета волосами и широкой, ничего не выражающей улыбкой. Она рассмеялась и обняла своего друга, не зная и не желая знать, что пахнет, как женщина, которой уже год не было в живых. Конечно, запах отличался – никому больше не свойственна эта смесь пряного женственного аромата, смешанного с потом, ноткой металла и острым привкусом пороха. Ноги не держали, и мне пришлось присесть в стороне от толпы, где, с трудом делая глубокие вдохи, я пытался загнать эти воспоминания обратно в потайные уголки своего разума. За то краткое время, что мы провели вместе – время, за которое я запечатлел в памяти веснушки на ее коже, и когда казалось, что в мире нет никого, кроме нас двоих – ее запах стал ассоциироваться у меня с самим дыханием.
Даже несмотря на то, что сейчас я знал, что Джена жива, она была потеряна для меня. Все, что у меня осталось – это неясные воспоминания о тепле ее тела в моих объятиях и того, о чем я не мог даже думать. И все же одна лишь тень ее запаха возвращала меня к тем мгновениям, когда я вдыхал его, касаясь губами ее шеи, или когда она проходила мимо по палубе «Нормандии» еще до того, как я впервые коснулся ее, или же к самому началу – к тому моменту, когда я осознал, что этот запах принадлежит ей.
************
Я услышал звуки рукопашного боя – стоны и удары кулаков по телу - еще до того, как завернул за угол и зашел в транспортный отсек. Мне сказали, что она направилась сюда, но почему…
- Ха! – долетел до меня смешок Рекса в сопровождении громкого тяжелого дыхания. – Должен признать, ты свирепа для человека.
Пройдя в открытые двери, я увидел крогана, потирающего щеку, исполосованную оружием много лет назад. Шепард, одетая в обтягивающий спортивный костюм, упруго прыгала с ноги на ногу, сжимая защищенные легкими перчатками для спарринга ладони в кулаки; она также тяжело дышала, а на ее лице застыла опасная ухмылка. Поймав мой взгляд, Джена улыбнулась еще шире, а затем одним захватывающим дух плавным движением бросилась вперед, поднырнула под кулак Рекса и, опершись на руку, попыталась ударить крогана в грудь обеими ногами. Огромной ладонью он перехватил ее и с ревом швырнул прочь. Сделав флип назад, Шепард с трудом, но все же устояла. Каждое ее движение было плавным, свободным и казалось столь же естественным, как и ходьба. Я даже не сразу заметил, как открыл рот, однако поспешил закрыть его, пока она не увидела.
Джена выпрямилась и отряхнула ладони.
- А ты силен даже для крогана, - выдохнула она, все еще улыбаясь.
- Пора? – спросил Рекс, поворачиваясь ко мне и наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, массируя шею.
Мы должны были приземлиться на Новерии через десять минут, и я… что мне здесь понадобилось?
- Почти, - ответил я, все еще не сводя глаз с Шепард. – А что вы…
- Просто разминаемся перед посадкой, - сообщила Джена все с той же воинственной ухмылкой, пожимая плечами.
- Ну и как? Размялись? – с любопытством поинтересовался я, чувствуя, как на лице расплывается ответная улыбка.
Вместо ответа она вытянула руки вверх, опустилась в мостик и сделала переворот назад, контролируя каждую мышцу своего тела.
- Думаю, да, - выдохнула Шепард, рукой откинув волосы с лица.
