Пока. Меня все еще переполняла эйфория, вызванная окончанием миссии, не говоря уже о том, что я была пьяна и только что занималась сексом. Вскоре волнение уляжется, но до тех пор я позволю себе наслаждаться теплом его тела, прижатого к моему, его пальцами, ласкающими мою спину, его губами, заставляющими меня открыть рот навстречу ему.
Мы целовались и болтали ни о чем, пока практически не протрезвели, а за окном, подражая восходу, не начал расцветать искусственный свет Цитадели. Казалось, мы до сих пор не сумели избавиться от ощущения, что миссия продолжается, и нам вот-вот придется снова отправиться в ад. Но в этот раз все было иначе, и впереди нас ожидала целая жизнь.
Мы наблюдали за тем, как свет окрашивал жилые районы в яркие цвета, и представляли себе, что находимся в настоящей комнате на настоящей планете. Кейден натянул одеяло поверх моих бедер и, обняв, крепче прижал спиной к своей теплой груди.
************
Не помню, как уснула, но когда я снова открыла глаза, мои плечи оказались аккуратно укутаны в одеяло, и Кейдена не было рядом.
Завладевшее мною болезненное разочарование, вызванное его отсутствием, почти мгновенно сменилось злостью на себя. Я села и оглянулась – лишь вмятина на подушке, заметная в холодном, жестком свете дня, напоминала о нем. Если бы на его месте оказался кто-то другой, я была бы раздражена уже тем фактом, что он остался до утра. Почему меня должно заботить то, что он ушел? Ведь я не давала ему никакого повода считать, что за случившимся между нами стояло что-то, кроме физического влечения двух сходящихся во взглядах человек. Только секс и ничего больше.
Ведь так оно и было? Мы просто помогли друг другу.
Я выглянула в окно на ярко освещенные жилые районы, затем посмотрела на часы и поняла, что время близилось к полудню. Разумеется, он не остался. Зачем бы ему делать это? Чтобы испытать сомнительное удовольствие наблюдать, как я просыпаюсь – остатки макияжа размазаны по лицу, в несвежем дыхании - запах вчерашнего виски, а волосы спутаны? Ведь я неспроста не любила, когда любовники оставались на всю ночь, и причина заключалась не только в том, что я им не доверяла или что они недостаточно мне нравились.
Выбравшись из постели, я нашла чистое белье и старую футболку, выглядящую так же неуютно, как я себя и чувствовала. Какая, в конце концов, разница? Здесь не было никого, кто мог бы увидеть меня – именно так, как я и предпочитала. Ткань, которую я натянула поверх повязки на бедре, начала причинять неудобство, так что я сняла ее и осмотрела открывшиеся взгляду бинты, поражаясь тому, как быстро зажила рана. Ощутив слабую пульсацию, я подумала, что, возможно, танцы оказались не такой уж удачной идеей, хотя наблюдать за тем, как лейтенант старается держать руки при себе, было чертовски забавно.
Я вышла в гостиную, оглядела кухню и диван, отметив про себя, что он тоже пуст. Внутри снова поднялась волна разочарования вперемешку с ненавистью к самой себе. Я поверить не могла, что где-то глубоко в душе ожидала – может быть, даже надеялась - что он окажется здесь. Мне в любом случае требовалось немного побыть одной. Мне необходимо было время для себя.
Но проблема состояла в том, что пока я не была готова к этому. Мне нравилось контролировать происходящее, это правда. Кроме того, я не любила сюрпризов. Не знаю, что для меня стало большей неожиданностью – то, что Кейден ушел, или что я скучала по нему.
В больнице я тоже скучала по нему. Когда же он позвонил мне домой, я с трудом смогла сдержать дурацкую улыбку, хотя после и не смогла объяснить самой себе, что вызвало во мне такую реакцию. Я не привыкла к подобным эмоциям.
Огонек надежды вспыхнул в душе, стоило мне заметить на консоли мигающий огонек нового сообщения. Неторопливо я направилась к экрану, не понимая, что и кому пытаюсь доказать, запрещая себе броситься вперед бегом, и включила его.
Как только я увидела, что сообщение пришло от Луки, а не от Кейдена, что-то болезненно сжалось внутри, и захотелось швырнуть консоль прочь, как будто это помогло бы мне почувствовать себя лучше. Я пробежала глазами письмо – как обычно, краткое и по существу. Он сообщал, куда отбывает, и просил позвонить ему, когда я окажусь поблизости в следующий раз.
«Ты пыталась заставить меня приревновать, развлекаясь прошлой ночью с тем гражданским? Что ж, у тебя получилось. Ответный ход за тобой, коммандер».
Прежде подобное признание заставило бы меня самодовольно улыбнуться, наслаждаясь осознанием того, что я обладаю над ним такой властью, но теперь я просто выключила консоль, медленно вернулась к дивану и, не осознавая, что делаю, уселась.
Когда вчера я встретила Луку, и он, наклонившись ко мне, обнял меня за талию и спросил, не желаю ли я отметить победу до его отъезда, все, о чем я могла думать – это как сильно мне хотелось, чтобы на его месте оказался Кейден. Это было глупо. Я убеждала себя, что отказала Луке только потому, что знала – лейтенант придет чуть позже, но это являлось ложью. Я отказала ему, даже несмотря на то, что и понятия не имела, где находился Кейден.
