Максимилиан знал, что деньги – нерв войны, поскольку большую часть времени проводил на полях сражений. Ресурсы его австрийских владений, неодинаково распределяемые, но в целом приносившие ощутимый доход, должны были регулярно использоваться. Король восстановил финансовые службы, используя бургундскую модель, и сосредоточил их в Инсбруке. Казначей руководил главным казначейством
Таким образом, положение не внушало Максимилиану опасений. Но император рачительно использовал финансы. О нем говорили, что он управлял ими, как музыкант играет на флейте: открывая одну дыру и затыкая другую. Но заделывание брешей вынуждало Максимилиана закладывать ценное имущество: шахты и литейные цеха побывали тогда в руках самого крупного предпринимателя того времени – Огсбурга Фуггера. Офицеров обязывали подписываться на огромные займы. Выплата процентов по всем задолженностям поглощала сто тысяч флоринов – четверть обычных доходов. Бремя налогов побудило налогоплательщиков Карниола и Каринтии в 1518г. собраться в Инсбруке. Это общее собрание /Generallandtag/ согласилось обсудить заем для освобождения отданных в залог доходов, но взамен оно создало комиссию для наблюдения за реформами, а также получила полномочия на реорганизацию канцелярии и право назначать некоторых придворных. В итоге в финансовой области успех Максимилиана был весьма скромен. Следует, однако, признать, что он занял достойное места среди европейских политиков, располагая определенными средствами, которые ему давали наследственные земли.
Реорганизуя финансовую сторону Эрбланда – наследственных земель Габсбургов в Северной Вестфалии – Максимилиан, прежде всего, думал об армии. Он сильно интересовался технически нововведениями; арсенал Инсбрука, по образцу которого реорганизовывались другие города, насчитывал сотни артиллерийский орудий. Этот рыцарь, участвовавший в кавалерийских атаках, понял, что пехота станет королевой сражений. Раненый в плечо Максимилиан прошел по улицам Брюсселя рядом с сапожником из Аугсбурга, ставшим военачальником. Ландскнехты, переставшие быть презираемой пехотой, восхищались правителем, который считал их свои братьями по оружию и допустил в общество Святого Георгия, созданное для заботы о солдатах, независимо от того, голубая у них кровь или нет.
Благодаря завещанному отцом и тому, что ему принес брак с дочерью Карла Смелого, Максимилиан возвёл замечательное строение. Конечно, у него были недостатки; и, прежде всего, в финансовом управлении, возможно потому, что оно возникло недавно и не могло вернуть в казну требующуюся сумму денег. Но едва ли можно упрекнуть Максимилиана в чрезмерных тратах. Он не был князем, равным другим. Его дом занимал ведущие позиции, и он не мог оставить это поприще. С тех пор как Франция поправила свое стратегическое положение, ухудшившееся в результате прошедшей Столетней войны и гражданской войны арманьяков против бургундцев, дипломатия усложнилась. Всехристианнейший /король Франции/, казалось, мог укрепить свое господство; его регулярные походы за Альпы, в «грозовую область Европы», доказывали, что у него хватало сил, чтобы не чувствовать себя замкнутым в пределах своей родины.
Противники Максимилиана опасались соединить против него свои силы, но и не доверяли друг другу, так что их временные союзы часто распадались. Турки больше не наводили такого ужаса после взятия ими Константинополя в 1453г., и остатки христиан могли противиться им общими силами. Невозможно было устраняться от участия в этих переговорах и кампаниях, а противиться им, не имея необходимых средств, было унизительно. Максимилиан, король римлян не мог так рисковать. То, что ему давали земли Эрбланда и соседние с ним территории, вынуждало его участвовать во всех этих событиях, и он пытался получить от империи дополнительные средства для своих предприятий.
