Нашему поколению Судьба и История отказали в праве на усталость. На наше поколение была наложена печать проклятия неутомимостью. У нас не было времени немного остановиться и собрать в горсть собственную самость. А это очень нужно и важно. Мы – поколение цивилизационных швов. Мы знаем, как это – жить в разных мирах и разных измерениях. Буквально. Именно поэтому наше поколение всячески гнобят подлые придурки и невежды, пытаются объявить нас никчемными.
Мы – поколение цивилизационных швов и шрамов, т. к. успели сложиться и стать еще в великом Красном проекте, но мы умудрились выжить и даже чего-то добиться в злой, дарвинистской капиталистической реальности и, видимо, в здравом уме и памяти, не в маразме, успеем пожить и в складывающемся на наших глазах «дивном новом мире», новых темных веках, в которые человечеству, уже даже как биологическому виду, будет очень непросто.
Именно поэтому нам просто необходимо говорить, рассказывать, делиться опытом транзистенции, вечного перехода, постоянного странничества во времени.
Собственно, мы и не знаем, как это бывает, когда все предсказуемо, когда можно строить длинные и большие планы. Мы обладаем бесценным опытом транзистенции, постоянства существования в ситуации перемен, переходов и транзитов.
Есть у нас такой жуткий комплекс – хроническая реформонедостаточность. У нас не является предметом дискуссии и даже рефлексии имманентная, априорная недореформированность нашей страны. Уже триста лет мы так и не можем догнать, как вечно ускользающую линию горизонта, какую-то идеальную страну, которая напилась бы необходимых реформ досыта, до ручки, которую уже не нужно больше реформировать. А пока всем нашим правителям приходится крутить педали реформ. Крутите, дяди, педали!
Редко приходивший в сознание Ельцин все 90-е годы постоянно «ковал» реформы. 90-е годы – это какая-то реформаторская, реформационная тантра. Это было тантрическое изнасилование страны реформами. Интересно, возможно ли тантрическое изнасилование? Безмозглый Борька Ельцин реформировал нас во все, что можно, во всех позах. Нас реформировали, реформировали и выреформировали. Дореформировали до чертиков, дотла, до изнеможения. Вот это вот все, что с нами сделали, стыдливо называли реформами.
После 90-х годов у нас возникла идиосинкразия на реформы. У нас даже начал формироваться антиреформистский иммунитет.
А может первичны не реформы, а картина мира, а представление об общественном благе, о народном счастье? Не нужно нас реформировать, сделайте нас счастливее и богаче.
Давайте исцеляться от нашей хронической реформонедостаточности. Давайте спорить об этом. Давайте обсуждать это.
Уже триста лет мы так и не можем догнать, как вечно ускользающую линию горизонта, какую-то идеальную страну, которая напилась бы необходимых реформ досыта…
В 90-е годы страну накрыла тень. Буквально. Страна погрузилась в тень. Тень укрыла непотребство тогдашней нашей экономики. Еще не все советские детские садики превратились тогда в налоговые инспекции. И, видимо, торжествовала какая-то космическая справедливость. Вся страна не платила налоги. В телевизоре раздавалось вечное чиновничье нытье о недостаточной собираемости налогов.
Случился какой-то особенный такой экономический Юрьев день. Какие кассовые аппараты? Какие официальные зарплаты? Какие налоги? Вы о чем? Это сейчас, благодаря путинской налоговой реформе, мы действительно платим налоги. Более или менее нормально. Тогда же получилось как с яйцом и курицей. Что случается раньше, или что из чего проистекает? Граждане не платят налоги, а потому государство наплевательски относится к отправлению собственных функций? Или граждане не платят налоги, потому что государство и так бездарно их потратит? Не знаю. Если говорить о наших 90-х, то скорее всего верным было бы второе утверждение. Тогдашнее наше государство было дырявым корытом. Его обирали и грабили всевозможные проходимцы.
