Связанные местью полностью

Я тоже думала, что буду счастлива, но чувствовала себя виноватой, несчастной и напуганной. Натянуто улыбнулась, опасаясь, что Гроул может решить, что лучше не позволять мне навещать маму, если это меня расстроит. Это было последнее, чего я хотела, даже если при входе в мой старый дом у меня скрутило живот. – Я счастлива, просто нервничаю.

Гроул выглядел так, будто сомневался, но все равно позвонил в дверной звонок. Прошло достаточно много времени, прежде чем один из наших прежних телохранителей Дэрил наконец-то открыл дверь. Значит, он охранял мою мать? Неужели он всегда шпионил для Фальконе? Возможно. В этом мире не было понятия верности. Даже мой отец предал своего босса по каким-то причинам. И в общем-то я могла его понять.

Телохранитель отступил назад с настороженным выражением лица, наблюдая за Гроулом. Я же почувствовала острое удовлетворение от того, что ему было дискомфортно. Я больше не испытывала страха к Гроулу.

Дэрил кивнул мне, но я проигнорировала его и быстро прошла мимо в вестибюль. В доме было тихо. Такая огромная разница по сравнению с тем, когда я была здесь в последний раз.

– Кара? – раздался кроткий мамин голос из гостиной. Я бросилась к маме. Она сидела за накрытым к обеду столом в гостиной. Я в замешательстве встала посреди комнаты. Моя мать похудела. Ее щеки ввалились, скулы выступали. На лице не было ни грамма косметики. Хотя до этого она всегда красилась. И ее платье было измято, как будто она не потрудилась его погладить. Мама никогда бы не надела платье, которое не было выглажено. Она изменилась. Я изменилась. Смешно было думать, что моя мать или сестра не изменятся. Боже, Талия. Как у нее дела?

Моя мать встала со стула и раскрыла объятия. Было приятно обнимать ее, вдыхать ее такой успокаивающий аромат, хотя она и не надушилась своими привычными духами. Мама зарылась лицом в мои волосы и сделала глубокий вдох, я же закрыла глаза, позволив себе на несколько минут погрузиться в безмятежность.

– Мне пора идти.

Голос Гроула прорезал тишину. Мы с мамой отошли друг от друга. Мать посмотрела на Гроула с отвращением и страхом. Я кивнула.

– Ладно.

– Я заеду за тобой через два-три часа. – В его голосе прозвучал намек на предупреждение. Я ничего не сказала. Я хотела, чтобы он ушел, боялась, что мама может заметить что-нибудь странное между нами. И почти вздохнула с облегчением, когда он ушел.

Однако Дэрил все еще находился в комнате.

– Не могли бы вы оставить нас с моей дочерью наедине? – вежливо спросила мама. Теперь она выглядела сдержанной.

Дэрил колебался, но в конце концов коротко кивнул.

– Я за дверью. Помните, что здесь везде камеры.

Мать с достоинством наклонила голову, но в тот момент, когда за ним закрылась дверь, она схватилась за край стола и опустилась на стул. Я пододвинула стул поближе к маме и схватила ее за руку.

Она осмотрела мое лицо, затем проверила мои руки, как будто искала синяки.

– Думала, что больше тебя не увижу. Была уверена, что это чудовище убьет тебя.

– Гроул? – вопросительно произнесла я. – Он не причинил мне вреда.

Мать покачала головой.

– Не лги мне. Я знаю каков этот мир. Я знаю правила. Я знаю гораздо больше, чем рассказывала вам в прошлом, потому что хотела защитить тебя и твою сестру. – Она грустно рассмеялась. – Но потерпела неудачу.

– Ты не потерпела неудачу. Что бы ты могла сделать? Они были вооружены. У нас не было ни единого шанса против них.

Мама дотронулась до моей щеки с выражения безнадежности на лице.

– Хотела бы я быть сильнее. Знаю, мне следует спросить, что с тобой случилось, но я не уверена, что смогу вынести правду. Ты намного сильнее меня, Кара. Ты здесь, выглядишь здоровой и невредимой… Я не могу понять, как это вообще возможно.

Я неуверенно улыбнулась.

– Я правда в порядке, мама. Пожалуйста, не беспокойся обо мне.

Мама закрыла глаза и покачала головой.

– Понятия не имею, как ты вообще можешь разговаривать со мной после того, что я сделала.

– Что ты сделала?

– Сотрудничаю с Фальконе, помогаю ему. После того, как он отдал тебя этому монстру, я не должна помогать ему, чем бы он мне ни угрожал. Если бы твой отец знал, он был бы разочарован. Сейчас он бы даже не взглянул на меня.

– Отец виноват в том, что это произошло. Из-за него мы прошли через ад. Мы вынуждены были разделить с ним его наказание. Если бы он был жив, у него не было бы никакого права судить тебя. Ему пришлось бы извиниться перед нами за то, что он был таким эгоистом и не думал о последствиях! – вот что я выпалила. До сих пор я не позволяла себе злиться, но теперь поняла, что злюсь. Я была в ярости, потому что отец был страшно виноват перед нами. Он обязан был защищать нас, а вместо этого нас подставил.

Мать с недоумением посмотрела на меня.

– Не говори так о своем отце. Он был лучшим мужем, которого я могла себе представить, и лучшим отцом. Он заслуживает нашего уважения.