Графиня, будучи в сильном волнении, больше мешала укладывать свои вещи, чем действительно делала это. Она то бралась за платье и бросала его, то хваталась за чулок и сокрушалась, что второго она не может найти, и перетряхивала содержимое сундука, кидая некоторые вещи рядом с ним… Марфа и Анна Викторовна переглянулись и попросили графиню заняться шляпками. Анна подрядилась аккуратно складывать ее дорогие платья, а Марфе досталось собирать остальные предметы туалета, среди которых были домашние платья и белье. К большому удивлению Анны, у графини не было таких… пикантных, волнующих воображение мужчины нарядов, как она видела у Мадам Дезире и счета за какие, по ее мнению, оплачивал бы князь Ливен. Они были красивыми, элегантными, но не… теми, что пробуждают желание мужчины… Это было странно… Наталья Николаевна приехала к своему кавалеру, за которым… охотились женщины в свете… Она делала замысловатые прически, надевала очаровательные платья… но не имела с собой нарядов, которые… разжигали бы страсть любовника в спальне?? От своих мыслей Анна зарделась… Что за глупости лезут ей в голову, когда нужно думать совсем о другом… Не как графине следует завлекать князя, а как поддержать ее… Она наклонилась и увидела под кроватью чулок, который не могла найти графиня.
— Наталья Николаевна, вот Ваш чулок.
— Да? Это хорошо… А если я еще что-то забыла? Я сейчас… такая рассеянная…
— Ну так Его Сиятельство отдаст Вам потом… Или сами заберете, когда в следующий раз приедете… — высказалась Марфа.
— В следующий раз? — неуверенно сказала графиня… И Анне показалось, что она чуть не добавила: “А будет ли он?”
— Наталья Николаевна, я бы очень хотела, чтоб мы с Вами встретились не только в Петербурге, но и здесь, у Павла Александровича. Мне очень жаль, что в этот раз у него было так мало свободного времени…
— Анна Викторовна, я все понимаю… Павел Александрович хоть и князь, но не праздный вельможа, которому нечем заняться кроме баллов и кутежей… Да и должность у него не в пример другим — требует большего внимания… и сосредоточенности… У меня все мужчины были на службе, так что я привычная к тому, что они бывают заняты и даже очень… А князь несмотря на свою занятость и два музыкальных вечера нам устроил, и потанцевал даже… И гуляли мы с ним не раз… На такое внимание грех жаловаться…
На такое внимание грех жаловаться?? Небольшие же были у Натальи Николаевны ожидания относительно своего пребывания в усадьбе князя… Анне было жаль графиню, от души жаль — такая красивая, милая, добрая женщина… Могла бы иметь кавалера, который посвящал бы ей каждую свободную минуту… А сошлась с князем, у которого на первом месте служба… а она сама… уж как получится… Нет, Павел не был к ней равнодушен, Анна была в этом уверена. Она видела как горели у него глаза, в каком приподнятом настроении он был, как улыбался… после того… как они с Сашей случайно застали его дарящим ласки Наталье Николаевне… Может, счастливым его назвать было и нельзя, но… довольным определенно…
— Ваше Сиятельство, Вам еще нужно переодеться в дорогу, Вы же не поедете в экипаже в этом платье… — напомнила графине Марфа.
— Да, а я как-то даже об этом не подумала…
Анна сказала, что будет ждать Наталью Николаевну в малой гостиной, чтобы попрощаться.
В малой гостиной уже был Александр. Он был одет в темный костюм, правый карман которого немного оттягивало что-то тяжелое, и Анна догадалась, что это был револьвер. Он поигрывал тростью, которая очень напоминала ту, с которой Павел приезжал в Затонск. Выражение лица у него было серьезное, совсем не задорное мальчишеское, как, например, когда он видел Павла с графиней целующихся в саду. Да, молодой мужчина, как и сказал Павел, мужчина, когда нужно себя таким проявить. Анна не думала, что в пути может что-то случиться, ведь даже если и ехать несколько часов глубоким вечером, должно быть, опасностей на дороге мало, если она была довольно оживленной. И все же хорошо, что Ливены решили позаботиться о Наталье Николаевне, а не отпустили ее одну. Об этом она и решила сказать Саше.
— Александр, спасибо Вам, что поедете с Натальей Николаевной.
— Ну а как же иначе? Не отправлять же ее вечером одну. Если Павел не мог поехать с графиней, то, значит, это должен сделать я… Анна, если бы я приехал к Вам в Затонск, Вы были бы рады видеть меня? Только скажите честно… а не из вежливости… ведь путь в Затонск неблизкий, и я не хотел бы, чтоб мое появление там было для Вас… нежелательным.
— Александр…
— Анна, для Вас — Саша… или Алекс… Как Вам больше по душе… К чему формальности между родственниками…
— Алекс, тогда уж и Вы называйте меня Аня… Я буду рада видеть Вас… Правда, буду рада, если еще один родственник побывает у нас в Затонске…
«Она будет рада видеть меня… пусть даже как родственника… И теперь я для нее Алекс… а она для меня Аня», — у Александра затрепетало сердце.
— Аня, Вы так добры, — он поцеловал Анне руку и задержал ее в своей, возможно, чуть дольше, чем следовало. Но поскольку Павел так часто подолгу держал ее руку в своей, она этого не заметила.
