– В общем, мне инструктор наш понравился, – наконец договорила она. – А показалось, что он к тебе неравнодушен!
Я помотала головой, думая, что ослышалась, остановилась и внимательно посмотрела на подругу: нет, похоже, не прикалывается, говорит серьёзно. На сегодня вселенная приготовила мне ещё одно испытание, уже пятое. Или этот пункт можно соединить с первым и вторым?
– Ленка, ты чего, с дуба рухнула? – наконец брякнула я. – Какой ещё инструктор?
Единственный инструктор, которого я смогла вспомнить, недавно рассказывал нам, как правильно переходить дорогу. Но я смутно догадывалась, что подруга имеет в виду не его.
– Дима… – убито призналась она.
– А, на катке! – сообразила я, пытаясь понять, что могло навести Ленку на подобную безумную мысль. – С какого перепугу тебе так показалось?
– Ну я не знаю… На тебя вечно классные парни внимание обращают, а я сама в них влюбляюсь… – пробормотала она.
– Ты влюбилась в Дениса? – потрясённо переспросила я, с трудом переваривая подружкину исповедь.
– Нет! – горячо запротестовала она. – Денис – это же… Денис! – не придумав ничего лучшего, закончила Ленка.
– Понятно, Денис – это святое, – хмуро кивнула я. – Так кого ты имеешь в виду?
– Ванечку из хора, а теперь Диму…
– Ленка, по-моему, ты какую-то чушь несёшь, – выпалила я. – Когда у меня ничего не получилось с Ванечкой, ты сначала им увлеклась, но потом выяснилось, что он тебе тоже не нужен. А сейчас какого-то неведомого Диму приплетаешь… Ему, кстати, лет-то сколько?
Похоже, этот вопрос Ленка себе уже задавала, потому что с ответом не задержалась:
– Лет восемнадцать?
– Уверена? А если двадцать?
– Ну и что, какая разница?
– Какая разница! – передразнила я. – А тебе сколько? С чего ты взяла, что взрослых парней интересуют школьницы?
– Да я не в этом смысле, – смутилась она. – Он мне просто как преподаватель понравился…
– А я тогда тут при чём? Почему мы вообще обсуждаем парня, которого первый и последний раз в жизни видели?
– А вот и нет! – с довольным видом перебила подруга. – Мы к нему снова на занятия пойдём.
– Ты успела договориться? – устав удивляться, спросила я.
– Нет, но что нам мешает? – прищурилась она.
– Например, стоимость, – напомнила я. – Весьма напряжно каждый раз за индивидуальные занятия такую сумму выкладывать.
– А он и групповые проводит, я на сайте посмотрела, – успокоила Ленка. – В парке спортивная школа работает. Это гораздо дешевле.
– Ещё не легче… – простонала я.
– Чем ты недовольна? Хотела же научиться на коньках кататься, чтобы Дениса поразить, – напомнила она.
– Хотела, – согласилась я. – Однако не ценой нашей дружбы.
Это прозвучало с излишним пафосом, но я не придумала, как иначе выразить свою мысль.
– А при чём тут наша дружба? – искренне удивилась она.
– Ленка, ау! – начала кипятиться я. – Не ты ли секунду назад вещала, как боишься, что я уведу у тебя Диму?
– А, это, – заулыбалась она. – Ну я уже убедилась, что ты на него не претендуешь!
– А если он вдруг станет на меня претендовать? – сощурилась я.
Ничего подобного я не предполагала – не заметила со стороны Димы никаких признаков повышенного внимания, – просто хотела все прояснить сейчас во избежание дальнейших недоразумений. Конечно, за много лет дружбы я успела привыкнуть к Ленкиным закидонам, которой обязательно надо быть не хуже других, но сейчас дело зашло слишком далеко.
– А я уже поняла, что тебе никто, кроме Дениса, не нужен! – легкомысленно отмахнулась она.
– Поздновато поняла, – проворчала я.
На душе стало легко и тяжело одновременно – с подругой я всё обсудила и отношения наладила, а вот ситуация с Денисом и не думала проясняться. Но хотя бы на одну неприятность стало меньше, и это внушало надежду. Вдруг существует и правило трёх приятностей?
– Бабушка! – горестно завопила я, едва перешагнув порог квартиры. – Всё пропало!
– Что? – всполошилась она. – Что случилось? Тебя из школы выгнали?
– Баб, почему? – уже нормальным тоном удивилась я. – С чего это меня из школы выгонять? Я вроде уроки не прогуливаю, учусь хорошо, почти без троек…
– «Почти»! – передразнила она. – А кто на прошлой неделе по алгебре трояк схватил?
– Так это за домашку, – отмахнулась я. – Коэффициент небольшой, на результат не очень повлияет.
– Какой ещё коэффициент? – озадаченно переспросила бабушка.
– Баб, ну я тебе уже объясняла! Каждая оценка имеет свой вес. За самостоятельную работу – двойной, за контрольную – тройной, за итоговую – четверной…
– Напридумывали, – проворчала она.
В принципе, дома довольно давно перестали контролировать мою успеваемость, убедившись, что я здравомыслящий человек и сама не заинтересована в трояках. Но бабушка по привычке продолжала после моего возвращения из школы спрашивать, какие оценки я сегодня получила. А я, естественно, и не думала засекречивать эту информацию. В электронный журнал она, в отличие от мамы, не заглядывала.
Я вспомнила пропущенную самостоятельную по географии и расстроилась по новой. Что за идиотская история, как только я могла забыть о нулевом уроке? Глупее только обляпаться зелёной краской…
