– Хлопок взрыва, «логан» швырнуло, и пока очухались, нас уже под стволы взяли и наружу вытащили. Святу ногу распанахало, он уперся, отвязался на них. Двое подошли, рывком курку, свитер, исподнее задрали на голову, он руки стал опускать, а один сзади в упор из пистолета и выстрели ему в затылок. Только не рассчитал. Свят дернулся и давай назад заваливаться, прямо на нацика. Руки упали вперед, стянули одежу, и кровь такой тугой пульсирующей струей прямо тому на разгрузку, на штаны, на руки. Тот замешкался, а он прямо на него осел спиной и подмял – завалил в сугроб, перепачкал всего, конечно. Не помог трюк с курточкой.
– Да… По-глупому попали.
– Веришь, прямо перед глазами стоит то побелевшее лицо Свята с серо-зелеными ноздрями и пустыми глазами в прорехе куртки между зависшими руками. Его там прямо голой спиной в сугробе оставили.
– Мне тоже глаза Кизимы снились.
– Кизима?
– Я ж рассказывал тебе: когда наш БТР спалили, он вместе с Лосярой погиб, а меня тогда ранило.
– Расскажи…
– Та то долгая байка…
– Куда-то торопишься?
– Та куда уж.
– Ну, за ЦОФ и Горняк ты наверняка слыхивал?
– Еще бы…
– Ну вот… как отбили, то фронт сдвинулся, и стало у нациков грустно, а у нас весело. ЦОФ под нами, Шламовая гора тоже, короч, все опорные высоты наши. Встал там мехбат, артель, ну и лечат болезных. Нас и пехоту выдвинули к линии соприкосновения, и пока там переговоры, замирения, международные наблюдатели и все такое – мы с нациками бодаемся в полный рост, но на уровне разведгрупп – и не более. Вот. Что за мужик был наш ротный, ты, видать, уже понял?
– Лосяра? Из тех, что БТР на скаку остановит?
– О! Точно! В общем, решил Лось, что нацики из-под арты силы вывели, держат там посты и удара ротной группы – да с броней – не выдюжат. Плюс место нашел, где стык был у них меж гвардией и армейцами. А там же заруба страшная меж ними. Ненависть такая, что они друг с дружкой сами постоянно рубятся.
– Это даже я знаю…
– Вот. Собрал, короч, Лось какой разведматериал, что-то там себе насчитал, перетер с кем мог из корпуса и пошел со всем этим делом к Бате. А надо сказать, что там-то все по уму было посчитано. Сбей мы гвардейцев с посадки, то вклинились бы меж Горняком и степью, и, кроме как посреди пашни, нацикам бы сидеть было негде. Откатились бы они до самой речки, а может, и на тот берег сдрыснули. И все хорошо, да при атаке правый фланг открывается для армейцев, а там уже не гвардия – сам понимаешь. И удумали тогда отцы ударить вначале отвлекающим, причем под самый вечер, в сумерках, как бы разведку боем начать. А основной удар следом нанести уже батальонной группой, чтобы наверняка. Естественно, шо отвлекающий Лось взял на себя: решил послать туда мой полувзвод и подкрепить это дело собственной командой. Самсонов три раза спросил Лосяру – уверен ли тот, сможет ли вывести людей и броню? Но тот сказал: «Да. Сам поведу!» Заявил, дескать: «Беру БТР Левака и своих архаровцев – Манжулу там, Кизиму».
– А что за «левый» бэтээр?
– Не «левый», а мой, «машину Левака», значит.
– В смысле, тебя Лев звать?
– В смысле – Яков. Яков Левитин.
– Это позывной?
– Зачем?! С такой-то фамилией…
– А этот… Манжула?
– Тоже фамилия, а вот Кизима – погремуха.
– Та нет, я за Манжулу – это не физкультурник с Ворошиловского?
– Не знаю, но здоровый был волкодав, смешливый такой охранник у Лося.
– Возможно, и он. Помню, работали в поселке на выборах и в школе сабантуй организовали, а после – столы для педколлектива накрывали. Так их учитель физкультуры после трех рюмах конины рассказал, как на поселке мужики соседке кабана валили. Как рассказывал – рыдала вся школа.
– Угу. Почти как здесь, заметь…
– Да уж… Извини, перебил. Так что там со Манжулой?
– Да че, взял Лосяра своих волкодавов, залез к нам на БТР и под сумерки поскакали мы в свою последнюю кавалеристскую атаку под бодро пукающие в голове марши да с шашками набекрень. Так оно все и началось.
– Отказаться не мог?
– Ты че, чувак?! Это ты себе как представляешь?
– Так ведь вас вроде как в жертву принесли?
– С чего это?! БТР, семь бойцов, пулемет, два граника. Выскочили, спешились, помолотили армейцев и откатили за холм под прикрытием брони. Те бы из-за одного БТРа всерьез выкатываться не стали – не вскрыли бы свои позиции. А когда рядом батальон ударил бы, то ни у армейцев, ни у гвардии тем паче уже времени не было отдупляться по-взрослому.
– А что пошло не так?
– Да я и сам не понял, если честно.
– Это как?
– Судя по звуку боя, мы свою задачу выполнили. Пока нас утюжили, Самсонов таки врезал нацикам, и посадку наши отбили. Точно, отбили. А вот нас казачки не вытащили. Сразу не вытащили, а я уполз.
– Не томи, что с вами приключилось?
