Уже в середине дня, когда нас согнали по камерам после прогулки, ко мне заявился сам начальник тюрьмы. То есть как заявился, конечно, это меня заковали по рукам и ногам, притащили в допросную, где, к слову, уже тусовался Зуко, и намертво привязали к стулу. Начальник, чье имя я так и не удосужилась запомнить, вошел медленно, растягивая тонкие губы в довольной улыбке и постукивая пальцами по запястью. Зуко был точно так же прикован к стулу и исподлобья смотрел на вошедшего мужчину. По углам камеры стояли несколько надзирателей, ясно показывая, что бежать нам некуда.
- Ну надо же, – ехидно протянул начальник, – кто бы мог подумать, что сам опальный принц Зуко заявится в мои владения.
Он громко выделил слово опальный и улыбнулся так, что, казалось, уголки губ вот-вот воткнутся в глаза. Я непонимающе посмотрела на одного и на другого, подергав сдавленными запястьями, и тяжело вздохнула.
- Что ты уже успел ему сделать? – я говорила громким шепотом, дергая бровями и одним глазом наблюдая, как медленно сползает улыбка с лица начальника.
- Да откуда я знаю?! – ожидаемо вспылил Зуко, едва ли не подскакивая вместе со стулом.
У начальника задергался глаз, и он громко кашлянул, привлекая к себе внимание. Остальные охранники не шевелились, статуями замерев по углам и не реагируя на устроенный цирк. Я только теперь заметила подсохшие струйки крови на висках и шее принца, и в сердце неприятно кольнуло.
- Хочешь знать, что ты мне сделал? – тянет начальник теперь угрожающе. – Ты имел наглость обидеть мою Мэй, и теперь дорого заплатишь за это.
Зуко стушевался, затравленно глянул на меня и вжал голову в плечи. Начальник расхохотался, дал отмашку, и один из надзирателей со всего размаху ударил принца по уху. Кончики пальцев закололо, и я скрипнула зубами, сдерживая рвущееся наружу пламя. Дверь снова открылась, в камеру скользнула смутно знакомая девушка с безразличным лицом. Если это Мэй, то не очень-то похоже, что ее вообще можно обидеть. Начальник улыбнулся ей, махнул рукой, и нас оставили втроем.
- Ты же подруга Азулы! – неожиданно осенило меня. – А вы оказывается бабник, Ваше Высочество.
На такое заявление Зуко подавился воздухом, покраснел до корней волос и принялся что-то бурчать в свое оправдание. Мэй хмыкнула, стрельнула в меня взглядом и улыбнулась одними губами. Она вообще как-то слабо проявляла эмоции, лишь слегка хмурясь или едва заметно улыбаясь, при этом сохраняя абсолютно безразличное выражение глаз.
- Она тоже здесь? – слабо прохрипел Зуко, все еще пытаясь скрыть залившую лицо краску.
- Конечно, – снова хмыкнула Мэй и бросила на меня заинтересованный взгляд, – принцесса Азула прибыла повидать некоторых пленников и будет очень рада неожиданно встретить потерявшегося брата.
- Она не знает, что я здесь?
- Пленников привезли сегодня утром, и сегодня же мы улетим на дирижабле, – Мэй проигнорировала принца и надменно продолжила, – принцесса сейчас отдыхает, а после собирается навестить интересующих ее людей.
Девушка прошлась вдоль стены, ненадолго замерев у двери, и приблизилась вплотную к Зуко, руками опираясь о привязанные к подлокотникам предплечья. Парень смотрел на нее с опаской, исподлобья заглядывая глаза в глаза. Я почувствовала вспыхивающее недовольство, тряхнула головой, рассыпав по плечам волосы, но так и не смогла оторвать взгляда от нагнувшейся слишком близко Мэй.
- Если собираетесь бежать, другого шанса не будет.
Мы со всех ног неслись по бесконечному коридору в сторону выхода на прогулочную площадку. Сейчас как раз заключенных выпустили на прогулку и уже скоро должны были согнать обратно, так что времени на побег действительно было в обрез. Мэй осталась в камере связанная (на всякий случай), но перед этим она прогнала всех охранников, тем самым открывая нам путь. Девушка сказала, что большинство надзирателей ходят в охранниках у принцессы, и коридоры практически пусты. Все выходило подозрительно просто, и я не переставала крутить головой, высматривая засаду или подвох. Мне периодически мерещилась выскакивающая из-за угла Азула, так что Зуко в конце концов схватил меня за руку и потянул за собой.
Сердце в груди сделало кульбит, и я едва не споткнулась о собственную ногу. Зуко резко остановился, когда я дернула его руку, и буквально впечатал меня в стену. Теплое дыхание опалило щеку, и я предательски зажмурилась, затылком вжимаясь в холодную железную стену. Сердце стучало где-то в горле, пальцы мелко подрагивали, но парень не спешил отпускать мою взмокшую ладошку.
- Хватит уже, – горячие губы накрыли мои всего на мгновение, – давай выяснять отношения, когда выберемся отсюда.
Секунду спустя мы снова бежали по коридору, а я никак не могла унять колотящееся сердце.
