Ночь вступала в свои права неспешно. Словно играясь, она то накрывала лес темным дымчатым покрывалом, то освещала его редкими всполохами пламени догорающих костров и утихающих битв. Айро, несколько минут назад получивший послание из дворца, не спешил сворачивать лагерь, вместо этого он стоял, задумчиво глядя в мерцающее звездами небо, и ни одной мысли не отражалось на его лице. Я сидела, спиной привалившись к стволу обвалившегося дерева, и лениво оглядывала все не стихающую суету лагеря. Солдаты носили раненых, тут и там мелькали Милиэ с Саем, женщина громко раздавала приказы, и каждый беспрекословно ее слушался. Вот она подлетела к Айро, осмотрела его с головы до ног, всучила в руки маленькую бутылочку и, что-то пробормотав, унеслась прочь. Генерал проводил ее долгим взглядом, пожал плечами и одним махом осушил прозрачную склянку.
- Принцесса.
Надо мной стоял Сай. Он смотрел привычно грустно, но в глубине его темных глаз, которые я видела только потому что сидела, мелькали искорки. То ли огонь отражался в его взгляде, то ли мужчина был зол, то ли так было всегда, просто никто не видел. Сай укоризненно покачал головой, стянул со своих плеч куртку и протянул мне вместе со стаканом. Куртка оказалась просто огромной, я смогла укутаться в нее и одновременно сесть на нее, а в стакане исходило паром вязкое темно-зеленое варево. Впрочем, пахло довольно вкусно, травами и свежестью, так что я выпила, даже не задумавшись, и с благодарной улыбкой протянула стакан обратно Саю.
Ввысь взлетали искры, всполохи пламени подрагивали, костер все разгорался, приятно потрескивая дровами. Люди продолжали суетиться, кто-то грелся вокруг огня, хотя ночь была достаточно теплая. Или просто мне было тепло из-за куртки Сая, которую я не натянула разве что на голову. Легкий ветерок шевелил короткие волосы, щекотал уши и шею и то и дело норовил забраться не только под одежду, но и под кожу. Трава под ногами слегка колыхалась, а дерево за спиной казалось теплым и уютным, так что глаза медленно закрывались, отрезая меня от нескончаемого сегодняшнего дня.
Когда глаза уже окончательно закрылись, а голова упала набок, мне в бок ткнулась почти упавшая от усталости Тоф. Девчонка ничего не сказала, только забралась под куртку, свернулась клубочком и засопела. Я поморгала, отгоняя дремоту, поправила край сваливающегося одеяла-куртки, невольно прижимая бандитку ближе к себе, и устремила взор в небо.
Ночь полностью вошла в свои права, заполнила лес темнотой, как покрывалом. Солдаты почти перестали сновать туда-сюда, только изредка караульные проходили мимо, да потрескивающие костры нарушали тишину. Тоф спокойно сопела мне в бок. Кажется, прошла уже целая вечность, но еще даже не перевалило за полночь. Едва различимо слышался командный голос Милиэ, все еще хлопотавшей над ранеными, и больше почти ничего не нарушало спокойную умиротворяющую тишину. Из одного из шатров выскочил Сокка, за ним вышла Суюки. Парень спешно оглядывался и, заметив нас в тени листвы, поспешно приблизился и опустился напротив на еще мокрую от вечерней росы траву. Он ухмыльнулся, глянув на выглядывающую из-под куртки макушку Тоф, но получил тычок под ребра от подруги и скуксился. Суюки легко мне улыбнулась, кивнула на перевязанную руку парня и глубоко вздохнула, укладывая голову ему на плечо.
Мы молчали, но, кажется, говорили без слов. Каждый сейчас мог понять другого, разделял его боль и страх, и усталость. Мы сидели под одним небом, дышали одним воздухом и были почти одним целым, гораздо больше, чем друзьями. Не хватало троих, и мы ждали их, молчаливо переговариваясь, зная, что с ними непременно все хорошо.
Я вытянула руку из-под тяжелой куртки, поежилась от пробежавших по предплечью мурашек и щелкнула пальцами. С ладони сорвался крохотный огонек, приземлился на траву и заплясал, превращаясь в костер и согревая нас своим теплом. Сил было совсем мало, и я, даже не задумываясь, махнула рукой, и несколько сучков сами прыгнули в костер. Пламя довольно заурчало, затрепетало сыто и принялось облизывать подношение. В небе мигнула, привлекая мое внимание, звездочка и сорвалась вниз, прочертив по иссиня-черному небосклону тонкую серебристую линию. Я всего на мгновение прикрыла глаза, позволяя ветерку раздувать костер и оглаживать уставшее лицо, и не заметила, как погрузилась в сон.
Разбудил меня громогласный рев. Я подскочила, потирая глаза, и едва не рухнула обратно, запнувшись о запутавшуюся в ногах куртку. Никого рядом не было, зато невдалеке слышались приглушенные голоса, и я, не раздумывая, бросилась туда. Трава скользила под ботинками, холодный ветер хлестал в лицо, ночь все еще властвовала на небе. Прошли от силы пара часов, но я чувствовала себя на удивление бодрой и отдохнувшей. Сна не было ни в одном глазу, его смело ветром и вымыло с лица сладкой росой, мне казалось, что я прямо сейчас могу взлететь, оторваться от земли и в один шаг оказаться рядом с ревевшим пару мгновений назад Аппой.
