Я смотрела на них заворожено, не в силах отвести взгляд, хотя и понимала, что это нечто интимное, личное, но такое правильное и красивое. Сокка отвернулся, что-то буркнув себе под нос, и схватил Суюки в охапку.
- Ну вы-то не предавайтесь разврату! – смешливо воскликнула разбуженная Тоф.
- Ты где такие слова выучила, ребенок? – парировал Сокка, хохотнув.
- С кем поведешься, дорогой, – пихнула его в бок Суюки.
Я рассмеялась, отвлекая ребят от поцелуев, но надолго это не сработало. Сокка посмотрел на меня обиженно, скользнул взглядом по поднявшему руки Зуко, прижал Суюки крепче к себе и показал нам средний палец.
- Вы-то уже нацеловались, – фыркнул он и отвернулся, – так не мешайте теперь целоваться другим честным людям.
Зуко хохотнул мне в макушку, демонстративно чмокнул в щеку, но больше ничего не сказал. Пока мы препирались с Соккой, Катара и Аанг уже успели выяснить отношения и теперь сидели, держась за руки. Аватар все еще смотрел в небо, но теперь его взгляд из задумчивого превратился в блаженно-отсутствующий. Катара в свою очередь тоже смотрела вверх довольно и расслабленно, плечом она привалилась к плечу мальчика и, кажется, спала с открытыми глазами. Сокка с Суюки затихли, Тоф уже давно сопела мне в плечо, она и проснулась только за тем, чтобы отвесить едкий комментарий. Я глубоко вдохнула влажный ночной воздух, пристраивая голову на плече Зуко, сжимая переплетенные пальцы, и прикрыла глаза, на миг забываясь тихим стремительным сном.
Мне не снилось ничего или, возможно, я просто не запомнила, неспособная переварить еще больше событий за один день. Проснулась я как будто спустя пару мгновений с того момента как заснула, но утренний туман, покрывающий лес, и посветлевшее небо тонко намекали, что ночь практически закончилась. Зуко осторожно перебирал рассыпавшиеся по лицу волосы и аккуратно убрал их, заметив, что я проснулась. Он улыбнулся, чмокнул меня в лоб и кивнул на сползшую за ночь мне на колени бандитку. Тоф премило сопела, ни капельки не напоминая обычную язвительную и грубоватую себя, и, кажется, вовсе не собиралась просыпаться. Сокка и Суюки исчезли, а Катара с Аангом даже во сне продолжали держаться за руки. Мы, конечно, были не лучше; я с трудом расцепила затекшие пальцы, сжала руку в кулак и вытянула ее вперед, туда, где из-за деревьев должно было подниматься солнце. Зуко накрыл мой кулак своей ладонью, придвинулся близко-близко, так что я почувствовала его дыхание на своей щеке. Щеки вспыхнули мгновенно, я невольно дернулась, хотя давно уже должна была привыкнуть к его выходкам, аккуратно переложила Тоф на свернутый рулоном плед и поднялась, разминая затекшие конечности.
- Пойдем туда?
Зуко снова оказался слишком близко, прижался щекой к щеке, взял мою руку и ей указал вперед. Я фыркнула, отстраняясь, схватила его за руку и потянула в указанном направлении. Принц шел покорно, крепко сжав мои пальцы, и только глубоко дышал за спиной. Деревья расступались, как будто пропуская, шевелили длинными сучковатыми ветками, шелестели зелеными, мокрыми от росы и тумана листьями. Сразу за лесом, совсем недалеко, показалась маленькая полянка, с другой стороны оканчивающаяся крутым обрывом. Внизу пролегала зеленая долина, ее разделяла на две неравные половины река, с высоты казавшаяся совсем крохотной. Там, за долиной, на границе горизонта уже забрезжили первые лучики восходящего солнца. Они освещали измученный мир, дарили тепло, искорками сверкали в быстро текущей воде и путались в волосах.
Я обернулась на Зуко, во все глаза глядящего вперед, и задохнулась, таким он показался мне красивым. Сверкающие солнечные лучики придавали волосам необычный темно-медный оттенок, рассыпались драгоценными камнями в золотистых глазах и ласкали потрескавшиеся обветренные губы. И так захотелось к ним прикоснуться, почувствовать тепло и сладость, что я не удержалась, поднялась на цыпочки и замерла в миллиметре от желанных губ.
Зуко смотрел на меня, а в глазах его рождались вселенные. Черные ресницы подрагивали, и уголки губ поползли вверх, едва он заглянул мне в глаза. Теплые ладони легли на талию и несильно сжали, слегка приподняв. Теперь я была наравне, заглядывала глаза в глаза без нужды задирать голову, и чувствовала горячее дыхание на своих губах.
Солнце выкатилось из-за горизонта, отразилось в золотых глазах, теплыми лучами пригрело затылок, словно подталкивая, подбадривая нерешительную вдруг меня. И я послушалась, подалась вперед, впиваясь губами в его губы, и потонула в ощущениях. Зуко прижал ближе, отрывисто простонал, отвечая с жаром, с таким напором, словно спустя секунду меня могли отобрать у него. Я чувствовала его сердце, неистово колотящееся напротив моего собственного, чувствовала, как дрожат его пальцы и как он крепче сжимает их, только чтобы унять дрожь. Я бы стояла так вечность, не в силах оторваться, но едва слышное за грохотом сердца покашливание подействовало не хуже ушата ледяной воды.
