Как и предполагал Максуд, его старый знакомый не упустит момент бросить издевку в его сторону. Мощный удар с левой в челюсть остановил поток слов из уст быстрохода. Эффект неожиданности — великая вещь. Даже если ты быстроход. Лысый отлетел на метр и всем телом рухнул на каменную улицу, грохоча мечом, железными наплечниками, ножом и своей головой по камням. Двое других в одно мгновение вытянули мечи. Солдаты, которые стояли на охране госпиталя в свою очередь выхватили оружие.
— Стоять! — рявкнул Стайрэд.
Черный шлейф выглядел днем особенно завораживающе. Он уже стоял рядом с поверженным быстроходом. Одной рукой поднял его на ноги и потряс. Тот начал приходить в себя.
— Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты ни во что не ввязывался? — Стайрэд все так же одной рукой отшвырнул его в сторону и повернулся к Максуду.
Его взгляд говорил только одно: «Тебе лучше уйти». Максуд развернулся и зашагал. Процесс запущен. Правда, теперь нужно быть осторожней. Если он ошибался на счет этого быстрохода, то только что обрел себе нового врага. Зато его авторитет в глазах солдат сильно вырастет. На это намекали одобрительные взгляды бойцов, которые Максуд ловил своей спиной. Многие видели произошедшее. И раненые и те, кто охранял госпиталь. Скоро слухи разойдутся во все концы армии.
Воин посмотрел на солнце. Почти обед. Он пошел в столовую. Там было несколько стражников. Максуд подбодрил их и после обеда взобрался на стену. Он пошел к той смотровой платформе, на которой провел эту ночь. Она оказалась пуста. Максуд немного постоял у стены, всматриваясь в леса, которые раскинулись перед городом. Они скрывали многое. Очень жаль, что не было видно численности войска противника. Что, если вчера их атаковали все силы, которыми располагают амалионы на этом направлении? Что, если другие армии уже берут другие города. Тогда атаки этой ночью не будет. Город будет взят в облогу, а они потеряют сутки. Ведь в таком случае могли бы выдвинуться к крепости уже сегодня. Нет, Азаниэль не успел бы подготовить отход. А если сегодня на них нападет огромная подготовленная свирепая армия амалионов разбавленная гравалионами и луксорами? Если они пробьются в город?
— Ты взволнован?
Максуд не ответил. Она ведь могла чувствовать то же, что и он.
Его белые одежды развевались на ветру. Хлопок приятно шуршал, а его светлые волосы трепались, как трава в поле. Вокруг него шелестела зеленая весенняя трава. Маленькие желтые цветочки только-только начали распускаться. Деревья были чуть дальше от него по обе руки. Их могучие зеленые кроны давали большую тень. Но он стоял не в тени. Он находился за два шага до обрыва. Такого высокого, что его дно было скрыто мглой. Солнце слепило ему глаза. Как же здесь было красиво. Сверху синее-синее небо, куда не глянь. Небосвод уходил в бесконечность. И в такую же бесконечность уходило все в обрыв впереди него. Настоящий край земли. Сзади послышался кашель, которым вежливые люди оповещают о своем присутствии.
Он не обернулся. Его белые одежды все так же трепыхались на ветру.
— Ты знаешь, почему я прихожу сюда так часто?
— Э… здесь красиво? — раздался голос за его спиной.
— Здесь все такое настоящее. Такое, каким она это оставила.
Он еще немного постоял без движений. Потом высоко задрал голову. Примерно над ним небо начинало темнеть. Чем дальше, тем темнее оно было. И заканчивалось темной непроглядной пучиной над самим городом. И пучина эта не имела ничего общего с ясным и таким красивым весенним небом. Она была холодной и далекой. Такой, которая однажды грозила поглотить все на своем пути. Он обернулся. Перед ним стоял человек в светло серых одеяниях. Просторные хлопковые одежды. Светло серые.
— Зачем ты пришел? И знай, перед ответом подумай дважды, так как мне уже приелись твои посещения.
Человек в серых одеждах выпучил глаза:
— О, великий, изволь извиниться за свое поведение. Но продиктовано оно было исключительно…
— Хватит. — перебил он его. — Ты меня не слушал? Что я сказал тебе?
— Чтобы я дважды подумал. Приношу свои извинения. — человек в сером низко поклонился.
— Говори, только быстро.
— Он появился, господин. — не разгибаясь говорил человек в сером.
— Это невозможно. — категорически покачал он головой.
— Я тоже так думаю. Но это так. Я еще ни разу не ошибался. Если вы будете так добры разрешить мне сделать всю работу…
— Если ты лжешь, хитришь или преследуешь другие свои корыстные цели, то будешь наказан. Жестоко наказан. Ты меня знаешь. А теперь я спрошу еще раз. Ты уверен, что он появился?
— Уверен. — человек в сером ответил быстро.
— Тогда иди. — он отвернулся и направил свой взор снова в синее небо.
Человек в сером еще пару раз поклонился, хотя и знал, что это останется незамеченным. Он выпрямился только тогда, когда отошел на добрый десяток шагов. Еще через сто шагов он уже сыпал ругательства и кривлял господина, искажая его голос и перекручивая фразы. Он шел к городу. К Колодцу Свободы.
— Я никогда не спрашивала, но что ты хочешь делать? — спросила девушка в золотом.
