Сандрин осталась одна.
За домом его ждали черные мундиры. Их командир пошел впереди. Двое других шли позади Максуда. Амайанты не было видно. Максуд размышлял о сегодняшнем дне. Уже много чего произошло. Зверь теперь станет боевой единицей. Это не могло не радовать. За Сандрин теперь не стоило беспокоится. По крайней мере сегодня. В перспективе принадлежащий ей амулет сможет создать проблемы. С ними надо будет разбираться потом. Главное, что она выживет прямо сейчас. И Эйр заодно с ней. И Жазэлизэ. Пока только положительные стороны замечал Максуд. Или хотел замечать. Проблемы необходимо решать по мере из поступления. Главная проблема на сегодня — выжить. Амулет даст такую возможность. А остальное — потом. Главное сейчас попытаться убедить Азаниэля пойти в крепость. Если это не удастся, то надо собрать всех, кто захочет пойти с ним и уходить. Неизвестно куда. Крепость им не удержать без войска. Надо будет пробираться лесами в другие страны. Такой поход может занять много времени. Очень много. Но время — это то, что Максуд не привык ценить. Единственное, за что опасался Максуд, так это за действия Первых. Что, если они решат устранить Сандрин каким-то хитрым способом? Нет, сейчас они будут заняты. Им необходимо просчитать варианты. Свой вердикт они вынесут позже. Почему она должна была умереть? Максуд всю дорогу думал об этом. Какую роль она играет? Почему ее нужно было вывести из их игры? Зачем другим Первым было ее спасать? Откуда они знали о том, что Максуд сможет сделать из нее Продленную? Даже не Максуд, а Амайанта. Неужели кто-то еще знал о ней? И что изменилось в Айе? Она стала веселее, уже пару раз продемонстрировала свою силу. Но это его не беспокоило. Его беспокоила их связь. Почему он ощущал ее эмоции? Она же целиком понимала его эмоции. Они словно обменивались ими. Безусловно, Единство играло здесь определяющую роль. Но что это Единство дает ей и ему?
Максуд и не заметил, как они пришли к еще одному полевому госпиталю. Раненых здесь было меньше, много кроватей пустовало. Азаниэль и Стайрэд общались с лекарем. Сопровождение Максуда остановилось. Дальше воин пошел сам. Он не стал вмешиваться в разговор. Остановился на небольшом расстоянии, чтобы его могли заметить и немного подождал пока генерал освободился. Вместе со своим телохранителем он подошел к Максуду:
— Утром мы уйдем. В крепость, как ты и предлагал. — тихо произнес вместо приветствия генерал.
Выглядел он так же старым, как и после вчерашнего боя. Осунувшиеся щеки, морщины вокруг глаз. Совсем не тот Азаниэль, которого Максуд увидел несколько дней назад.
— Тогда лучше прямо сейчас. До вечера у нас будет время уйти далеко.
— Нет. У нас много раненых, много провизии нам нужно взять с собой. Тележки, мешки, обслуга. Такой отход необходимо тщательным образом спланировать.
Максуд вздохнул и поджал губы.
— Тогда нужно спланировать бой. Что это за оружие ты применил прошлой ночью?
Азаниэль усмехнулся:
— Разработка моих алхимиков и Творящих. Сложная штука, но она выиграет мне войну.
— Доставлять ее во врем боя неприемлемо. Стражники вчера заменили одну цепочку поставки. Если враги войдут в город, то смогут нарушить поставки и даже захватить это оружие.
— Да. — согласился генерал. — Я уже приказал разносить их вдоль всей стены. Припасов будет достаточно. Кроме того, мы сформируем несколько хорошо охраняемых передвижных складов в городе, чтобы они могли быстро подвозить припасы.
Максуд секунду осмысливал сказанное.
— И главный склад надо хорошо охранять.
— Он хорошо спрятан. Если выставить к нему охрану, то враг сможет понять, где он находится. Сделаем это только тогда, когда в нем будет надобность. Некоторые подразделения уже получили соответствующие указания.
А он нравился Максуду. Возможно, с таким генералом у армии, действительно, был шанс пережить эту ночь. Воин показал рукой в сторону черных мундиров:
— Этих нужно использовать как посыльных. Чтобы они мгновенно передавали сообщения и докладывали обстановку по всему городу.
— За каждым из «этих» закреплен определенный участок или боевое соединение. — вздохнул Азаниэль. — Обо всем этом я уже подумал. И еще о десятке других нюансов.
Он прервался и внимательно смотрел на Максуда.
— Мне нужно что-то такое, чего я не предвидел. Я не знаю кто ты, но я вижу, что ты с ними сражался. Ты их знаешь лучше кого-либо из моих солдат. Что ты можешь рассказать о них такого, что поможет нам в битве?
Максуд задумался. Генерал знал свое дело. Он организовал все госпитали, проверил каждый из них, составил план отхода, разработал схемы будущего ночного сражения. Теперь же он хотел использовать последний козырь — Максуда. Узнать что-то такое, что даст преимущество в бою. Если он будет обладать информацией, которой, по мнению амалионов, ни за что не мог бы обладать, то это может стать большим сюрпризом для врага.
