Оглянувшись на поломанную панель, Балвор вздохнул и вновь обратился к коммутатору, отдавая новые приказы подчинённым. Убедившись, что разрывы открылись просто везде, мужчина сплюнул, вновь обжигая сына ненавистью.
Перейдя сцену, он спрыгнул к Виктору и тот по команде отпустил Рене. Сын не успел ничего сказать отцу, когда тот ударил его по лицу, разбивая нос. А потом ещё раз и ещё, и так до тех пор, пока чернота не спала с кожи Рене, а цвет глаз не вернулся к золотому.
«Всего лишь заигравшийся птенец», – мелькнула успокаивающая мысль в голове Балвора.
Подняв своего ребёнка за грудки, мужчина чересчур мирно заявил:
– Возвращаемся к первоначальному плану. Кстати, что-то не видно твоей сестры. Опаздывает девчонка.
– Это ещё не конец, – хрипя и шмыгая носом, прошептал Рене. Его правый глаз заплыл, а левый вновь налился кровавым блеском. – Они уже здесь.
И в ответ на его слова рухнул потолок, а сверху показалась морда огромного морликая.
* * *
Вой был такой мощный, громоподобный, что не сразу стало ясно откуда он доносится. Реми первой заметила двухголового монстра шести метров длиной, формой напоминающего сказочного дракона с перепончатыми крыльями и тремя парами лап вдоль туловища, быстро ползущего наверх по зданию. Распахнув пасть, морликай заревел как адские трубы на ураганном ветру, а потом оттолкнулся от стены и бросился на братьев. От неожиданности оба ринулись в разные стороны, и Дмитрий выскользнул из их рук, падая вниз.
Реми беспомощно закричала, устремляясь за ним, огибая мечущуюся тварь. Складывая крылья, она вошла в вертикальный штопор. Сэва отчётливо видела испуг на лице отца, как он открывает рот в безмолвном крике, но ничего не могла сделать – папа был слишком далеко, ей никак не удавалось его нагнать.
Помощь пришла, откуда не ждали: от здания отлепился другой монстр, он резко дёрнул когтистой лапой, хватая Дмитрия и, торжествующе ревя, набрал высоту, уходя в сторону от сменившей направление Реми. Морликай поднимался всё выше, цепко удерживая и не думающего сопротивляться человека. Дракон нацелился на шпиль соседнего небоскрёба, но был вынужден вновь сменить курс: с той стороны в него полетели трассирующие красные снаряды.
– Реми! – раздался истошный вопль сверху.
Девушка увидела Сычёвых, пытающихся отбиться от морликая. Силы их голосов не хватало, чтобы пробить толстую шкуру чудовища, получалось только отталкивать его от себя, от собственного крика отлетая назад, чудом сохраняя равновесие в воздухе, неумело перебирая крыльями.
Тем временем вторая тварь забрала выше к облакам, а потом спикировала на прозрачный купол крыши здания, пробивая его насквозь, но продолжая удерживать в лапах Дмитрия. И как бы Реми не хотела броситься к отцу, она устремилась к братьям, прямо в воздухе собирая все силы, чтобы закричать разом и нижним голосом, и тем, что вибрировало внутри.
Звуковая волна, окрасившись вибрацией, вырывалась наружу. Феликс и Роберт, ловко перехватили её, усиливая собственным криком и этот бесконечный вопль ударил прямо в оскаленную пасть морликая, расщепляя того на кусочки.
Покрытые кровью и кусками плоти, они спланировали на остатки моста и немедля устремились к залу, откуда доносились вопли и звуки борьбы. Перед тем как ворваться внутрь, Реми обернулась. Представшая картинка навечно отпечаталась в её памяти.
Прекрасный воздушный город с сотнями сияющих небоскрёбов и высотных зданий, с висячими садами и сетью мостов, превратился в руины, над которыми парили тысячи морликаев. Повсюду раздавалась стрельба, виднелись трассирующие и пулемётные очереди из гнёзд на крышах домов. Она видела, как взрываются монстры, атакуемые сразу десятком якшарас, слышала утробный рёв, от которого закладывало уши и сотрясались высотные здания.
Прямо над всем этим безумием, в туманной дымке от пожаров и поднимавшегося дыма, сияло кровавое солнце.
Феликс ухватил её за плечо, втягивая внутрь, и в отражении стеклянной двери последним она увидела огромный разрыв, откуда выползала шипастая рука в десятки раз больше, чем морликаи-драконы.
А внутри творилось форменное безумие.
Сверху сыпались осколки стекла, бесновался морликай с раздвоенной мордой. Он плевался ядом, одновременно атакуя Балвора и подоспевший отряд якшарас. С другой стороны конструкцию вокруг Оклюкса защищали Виктор и Вивьен, голосами отталкивая дракона, свесившего длинную голову вниз через дыру в куполе. Позабыв о разногласиях, они пытались уберечь спящих в креслах сэв.
Реми оглядывалась по сторонам, пытаясь выцепить взглядом Рене или Костю. А потом стало не до того – дракон проломил остатки купольной конструкции и раздался отчаянный вопль Балвора:
– На него! На-шиасе!
Оба языка сплелись в одну понятную всем форму и каждые якшарас и сэв в зале запрокинули головы, выкладываясь на полную мощность, чтобы уничтожить дракона, падающего прямо на Оклюкс.