Она пела, пытаясь нащупать ускользающий проход, когда в её тонкое пение влезли иные, более глубокие оттенки, расширившие диапазон и пробурившие дорогу к дому. В последний момент, задержавшись от нерешительности, Рене присоединился к ней.
Вскрылось полотно, раскрывая проход рядом с трескавшимся Оклюксом. Реми, истратив силы, упала на пол. И закричала:
– Уходим!
Ближе всего к порталу оказалась троица сэв и очнувшийся Виктор. Поднявшись, он бросился наперерез Вивьен, и та вместе с Робертом и Феликсом вновь вступили в бой.
Очнувшись, морликаи как с цепи сорвались: они бросились на Реми, пытавшуюся привести в чувство отца, и им наперехват устремился Феликс, поймав отчаянный взгляд девушки. Он отшвырнул их такой же силой, что использовал Виктор. Последнего Роб и Виви сумели оттеснить к краю сцены.
– Пожалуйста, унеси его отсюда! – попросила Реми, и вместе с Феликсом потащила Дмитрия к сияющему порталу.
Перенеся вес отца на плечи парня, подтолкнула их к переходу, сама отступая назад. Ей рано было уходить. Сначала нужно спасти всё ещё спящих сэв. Напротив неё возникла Кристина и Костя. Кивнув друг другу, девушки одним мощным ударом голоса вывели из строя стойку устройства, а потом Кристина, оттолкнув брата, устремилась к Рене, вновь схлестнувшемуся с отцом. Со сцены не было слышно, о чём они кричат друг на друга, но видно, в каком бешенстве находится Балвор.
Реми и Костя были готовы броситься следом за Кристиной, когда их настиг отчаянный вопль Роберта:
– Сюда!
Из последних сил парень оттолкнул телепатический удар Виктора, отбрасывая командира за край сцены. В тот же миг взорвался Оклюкс, взрывной волной оглушая сэв, раскидывая в разные стороны.
Закашлявшись, Реми приподнялась на локтях, оглядываясь. Из-за дыма почти ничего не было видно за пределами сцены. Только тени, бьющиеся насмерть. Фигуры якшарас, морликаи, беснующиеся как в каком-то танце. Монстры больше не приближались к сцене, как будто кто-то натянул их поводки, переключив внимание на якшарас.
Кресла, висевшие в воздухе, упали, и из них, как пьяные, выбирались молодые сэвы, в ужасе глядя по сторонам. Рядом с ними оказался Костя – он кричал на совсем молодых ребят, толкая в сторону портала: «Бегите в него, иначе сдохните!»
Реми нигде не видела Кристину и Рене. Но увидела совсем рядом Роберта, пытающегося разбудить Вивьен. Из ушей девушки текла кровь, она едва-едва могла дышать, – в её груди торчал узкий осколок от разбившегося Оклюкса.
Поднявшись, шатаясь, Реми дотащила себя до пары и опустилась вниз, чтобы перехватить за плечи Виви. Вместе они подняли девушку и поволокли в сторону портала. К ним присоединился бледный до жути Костя, тогда как Роберт, увидев ещё нескольких дезориентированных сэв, к которым приближались якшарас, отпустил Виви, и бросился к противникам наперерез, спрыгивая с края сцены.
– Давай-давай-давай, – быстро говорил Константин.
На его лбу красовался длинный порез, из которого сочилась кровь, застилая глаза. Он дышал хрипло, и даже зажмурился, когда они вплотную приблизились к проходу домой.
– Тащи её, я не могу уйти без Кристи! – воскликнул он, намереваясь переложить девушку на плечи Реми.
Рядом с ним возникла голубоглазая сэва. Догадавшись, что нужна помощь, она поддержала Вивьен, и тут здание в очередной раз содрогнулось. Виви выскользнула из их рук, падая на Костю. От тяжести он не удержался на ногах, и они вместе нырнули в портал, увлекая за собой голубоглазую сэву.
Потеряв равновесие, Реми соскользнула со сцены и налетела боком на деревянный остов сломанного кресла. Она испуганно ахнула, даже не почувствовав боли.
Пропали звуки, над головой в дыму проносились тени морликаев и якшарас, битва продолжалась, тряслась земля и казалось, что здание вот-вот рухнет. А внутри неё стало так тихо, так далеко, будто и вовсе тела нет, только душа, застрявшая без движения.
– Рене, – прошептала она, моргая и без конца облизывая губы.
Прижимая руки к торчащей из бока деревяшке, чувствовала, как горячо и мокро становится там. Из груди выбило воздух, а перед глазами заплясали сияющие мушки. Лениво пролетела странная мысль: «И это всё?»
А потом её выдернули наверх, утаскивая обратно на сцену. Роберту самому нужна была помощь – сражение с якшарас оставило на его теле глубокие раны, и правая рука висела плетью, он едва стоял на ногах, но упрямо продолжал тащить девушку к порталу.
– Рене, – тихо повторила Реми, пытаясь обернуться.
От головокружения тошнило и во рту расцвёл металлический привкус, девушка едва могла переставлять ногами, почти вися на разгорячённом Роберте, что-то пытающемся ей сказать.
Позади всё уходило в тень, окрашенную серебром и кровью. Звуки неохотно вторгались в её звонкую тишину, крики разгорались новыми красками и оттенками гнева, страха и чистого звериного адреналина.
– Ты её не заберёшь! – мерзкий голос у виска, а потом Роберт как-то охнул, выпрямляясь, и из последних сил толкнул Реми вперёд.