Вообще такое родство играло со внезапно повзрослевшей Дашей злую шутку – возраст и некстати пришедшая весна выветривали свежим майским ветром из головы девушки мысли сознательные, замещая их мыслями подростковыми. А они часто толкали к безрассудству (так всегда бывает: дурная голова ногам покоя не дает), в числе коего были прогулы уроков и даже целых школьных дней. И, если ее новым подругам (что появились у нее так же, внезапно, выместив собой отличниц и «зубрил»), часто предпочитавшим праздные прогулки по городу унылому сидению на школьной скамье, такие вольности могли сойти с рук, то у Даши с этим были проблемы. Ведь, если для всех детей учителя и учебные проблемы оставались в школе, то за Дашей они одушевленным призраком матери следовали неотступно. Стоило ей переступить порог, как осведомленная от коллег о ее прогуле мать начинала причитать:
– Ну что это такое, а? Как это называется? Мать и бабка учительницы, а дочь под конец обучения скатилась! Совсем учебой не занимается! Что только у тебя на уме?! Вот был бы отец, по– другому бы запела…
– Может и был бы, – как– то раз, не сдержавшись, в сердцах выпалила Даша. – Если бы ты его своими нравоучениями сама за порог не вытолкала! Надо было больше про мужика думать, чем про работу свою, которая тебе даже спасибо никогда не скажет, сколько бы ты ей времени ни посвящала…
– Вижу, ты о мужиках только и думаешь, – зло парировала рассерженная мать.
– Стараюсь не повторить твоих ошибок…
Впрочем, не всегда их беседы заканчивались на минорной ноте. Иногда в матери все же просыпались истинно материнские чувства, и ей становилось жалко Дашу. Тогда она вытаскивала из глубин своей души теплые чувства (или то, что от них осталось спустя 10 лет работы на самой неблагодарной работе на свете) и старалась согреть ими израненную подростковую душу дочери.
– Ну что с тобой? – придя как– то раз с работы, застав дочь в расстроенных чувствах, заговорила Людмила Алексеевна. – Кто тебя обидел?
– Тебе правда интересно?
– Ну конечно! Ты же моя дочь…
– Только нечасто ты об этом вспоминаешь…
– Ну прости меня. Ты же знаешь, как я отношусь к работе. Понимаю, что я плохая мать, что часто забываю о своей основной обязанности по жизни, но кто как ни родной человек простит меня за это?!
– Умеешь ты красиво говорить… Все как в книжках прямо. Только в жизни все иначе, мама, к сожалению, иначе.
– О чем ты?
– Да вот об этом, – Даша повела рукой по полке с любовными романами, которыми увлеклась после встречи с Валерой. – Я– то думала, все так и есть, как здесь написано, а оказалось, все совсем иначе…
– С Валерой расстались?
– Бросил, – кивнула дочь. – Малолетка тупая, видно, больше понравилась, раз так к ней прикипел…
– А ты не огорчайся. Ты переключись на что– нибудь, займи голову другим – и увидишь, как быстро проблема отойдет на второй план, а потом и вовсе покажется сущим пустяком.
– Ты, например, как это делаешь?
– Читаю. И знаешь, подчас нахожу в литературе очень много занимательных параллелей с жизнью, которые позволяют отвлечься от рутинных проблем. Например, я вот сейчас книжку читаю, – Людмила Алексеевна кивнула на сборник пьес Дюрренматта, что держала в руке. – Сборник. Вот тут одна пьеса, называется «Визит старой дамы». Она о том, как приезд одной бывшей землячки, покидавшей маленький провинциальный городок совсем нищей, вдруг всколыхнул все население. Она приехала 20 лет спустя, уже будучи миллиардершей. И приказала городу наказать некогда вероломно бросившего его возлюбленного.
– И что они?
– Поначалу отказались, а потом убили, конечно. Власть денег. Так что не переживай, жизнь впереди долгая, все еще может измениться.
– Через 20 лет?
– Может и раньше. Главное – уметь переключаться. Занимать голову другими, созидательными делами.
– Учебой, конечно? – язвительно выдавила дочь, увидевшая в неумелой поддержке матери попытку свернуть ее на свою сторону.
– Необязательно. К чему я про «Визит старой дамы» вспомнила? К нам завтра придет бабушка одна очень интересная. Ветеран войны. Ты можешь с ней посоветоваться, поговорить по душам. Только не делай, пожалуйста, такое лицо… Она жизнь долгую прожила, и уж как– нибудь понимает в ней лучше нас с тобой. Мы раньше всегда искали поддержки у более опытных и старших товарищей. Расскажи ей о своих проблемах, или просто попроси житейского совета. Вот увидишь, все изменится.
***
– А все– таки замечательное дело придумал Николай Петрович– возродить давнюю традицию, позвать в школу ветерана! – восхищалась учительница биологии, нахваливая директорскую затею. – Помню, сама еще девчонкой была, к нам ветераны приходили…
– Да, есть каждому поколению, чему у вас поучиться, – подхватила завуч. – А особенно современной молодежи. Вообще никого ни в грош не ставят. Так пусть хоть поучатся у ветеранов тому, что раньше называлось «Родину любить»!
Педагоги дружно загалдели, не давая старушке и слова вставить. Хотя по лицу ее и без слов было видно, что она польщена таким вниманием к своей персоне – пожилые люди вообще очень трепетно и сентиментально относятся к оказываемым им знакам уважения.