Он до сих пор не может понять, что случилось. Ведь только днём Драко был весел, гонялся за снитчем и шутил. Что могло произойти за те несколько часов, что они не виделись? Что вообще должно случиться, чтобы человек ни с того ни с сего решил покончить с жизнью?
С момента начала холодной войны инстинкты самосохранения у всех только обострились: и у Орденовцев, и у Пожирателей. Каждый стремился выжить как мог. А если и не получалось… За два года постоянных стычек и битв Гарри прекрасно усвоил одно: даже если смерть подкрадывалась к бойцу слишком близко, он делал всё, чтобы забрать с собой как можно больше врагов — неважно, на чьей стороне он был. У всех так или иначе была причина чтобы жить, далёкая, но важная цель: Орденовцы выживали вопреки, Пожиратели — назло. Но все они хотели жить. А умереть по собственной прихоти, вот так, глупо, нелепо, опустив руки — этого Гарри своим умом просто не мог понять. У Драко Малфоя, несомненно, была воля к жизни, иначе бы он не согласился на предложение Мальсибера. Так что же могло случиться теперь, когда всё закончилось?
В голове вертятся десятки вопросов, и в конце концов Гарри понимает, что, если немедленно не отвлечётся хоть на что-нибудь, рискует заработать мигрень от всей этой мучительной неопределённости. Когда стрелка часов переваливает за семь, он решает отправиться к товарищам, чтобы хоть немного внести ясность в произошедшее.
Он находит их в музыкальной комнате на четвёртом этаже. В коридоре теперь никого нет, значит, тело Драко уже унесли. Мысленно вздрогнув от слова, отдающего мертвящим холодом, Гарри заходит в светлую комнату, где в полной тишине, кто на полу, кто в креслах, сидят все пятеро. Кажется, на его приход никто даже не обращает внимания.
Гарри осторожно закрывает дверь, как будто её скрип может разрушить что-то в удушающей тишине, и садится на диван возле Панси.
— Ты как? — спрашивает он тихо.
Панси нервно усмехается и подносит платок к покрасневшим опухшим глазам, на которые опять наворачиваются слёзы.
— Молодец, что сбежал, — обращается к нему Марк мрачным голосом. — Это было очень смело, прямо-таки по-гриффиндорски.
— Я не знал, что нужен здесь. Прости. Я думал, что это…
— …тебя не касается?
— Касается. Но я… Я просто…
— Ладно, Марк, прекрати, — бормочет Гойл, разглядывая свои ботинки. — Все и так на нервах. Не хватало ещё между собой цапаться.
— Вот я о том и говорю, — Марк поднимается с пола, отряхивая брюки. — Неплохо было бы нам всем держаться вместе. Ты, эфенди, не думай, что у нас тут такое регулярно происходит. Казни были, смерти от ранений были, но чтобы…
— И у нас такого не было, — перебивает Гарри. — Так что не думай, что я ушёл, потому что мне подобное зрелище опостылело.
— Хватит вам, — вздыхает Панси, сухо всхлипнув. — Все перенервничали, давайте не ссориться.
— Почему он это сделал? — обращается Гарри в пространство.
— Если бы ты не прятался в своей норе, эфенди, ты бы знал. Мальсибер на него напал.
— Что?! — от удивления Гарри даже привстаёт с места. — Как? Когда? Он же в темнице!
— Он носил ему еду всё это время, — отвечает Панси. — Ему приказали — и он просто носил ему еду.
— Нет, дорогая, — злобно фыркает Забини, — он не просто носил ему еду. И ты…
— Блейз!
— Нет! Ты прекрасно знала о том, что он делает, и никому не сказала!
— Он попросил не говорить!
— Ну конечно! — Забини резко поднимается из кресла и начинает вышагивать взад-вперёд по комнате. — Дракончик попросил не выдавать его грязных секретов — и ты смолчала! Тебе было известно всё с самого начала, а зная Драко, нетрудно было догадаться, чем это всё может кончиться!
— Эй, угомонитесь! — Гарри встаёт между Панси и Забини, глядя то на неё, то на него. — Объясните, что случилось!
— Мальсибер трахал Драко больше года! — выкрикивает Забини.
— Я знаю об этом.
— О, — глаза Блейза недобро сужаются. — Какая новость. Ты и о пытках тоже знал?
— Что? Нет. Какие пытки?
— Яксли приказал Драко кормить Мальсибера, и он, оказывается, отрывался на полную катушку всю неделю. Снейп применил к Мальсиберу легилеменцию и рассказал нам много интересного. Драко приходил к нему и пытал Crucio каждый день. Я не знаю, как это случилось вчера, но Мальсиберу удалось выбить у него из рук палочку, как только он вошёл в камеру. Он снова его поимел, но Драко в итоге оглушил Мальсибера и сбежал. А на лестнице встретил Яксли. И тот сказал ему, что отправляет Мальсибера в город через два дня, а вместе с ним и Драко.
— Почему? — выдыхает Гарри, оторопело глядя на Забини.
— Чтобы задобрить Мальсибера. Он очень полезен, он отвечает за все каналы связи. Вряд ли он не послал бы всё к чёртовой матери и не попытался бы скрыться, как только его вышибут из поместья. А Драко здесь никто. Его было бы не жалко отдать Мальсиберу в качестве подарка.
— Но это… Это же просто… — он даже не знает, что сказать.
— Видимо, это стало последней каплей, — тихо замечает Панси, опустив голову.
— А Малфой? А как же Люциус Малфой?
— А что Малфой? — морщится Блейз. — Его не ставили в известность. Да он бы ничего и не смог сделать. Лорду нужен он, а не его сын.
