— И что наверху? Там же только Призрачный замок. Выходит, ты оттуда?
— Да, там только он. Я в нём никогда не была, а вот для тебя теперь другого выхода нет.
И что я ей скажу?.. Что там вампиры и я боюсь? Она-то не причинила мне вреда и я уже совершенно отчётливо понимала почему. Только спросить не решалась.
Но тащить меня в логово вампиров, в котором она сама никогда даже не была?! Есть ли в этом спасение?.. Лучше бы я попыталась предупредить Ника внизу!
Сладковатая приторная гниль послышалась совсем близко. Накатила знакомая волна тошноты. Мне удалось её сразу подавить — как справедлива мудрость, что человек ко всему привыкает… Перед потупившимся взглядом появились скрюченные когтистые кисти с маленькой пустой миской и коротким кинжалом.
— Разрежь вену и набери половину плошки. Больно почти не будет и заживёт сразу, нож смазан моей слюной. Оставишь здесь и пойдёшь умываться к ручью, он справа. Действуй быстро, мы спешим. Я уйду ниже охранять и слушать, но через десять минут здесь должна быть кровь и не должно быть тебя.
Алва сунула всё мне в руки и исчезла среди деревьев. Что же… выхода, как она и сказала, у меня нет. Нужно действовать как велено, своего плана всё равно пока не имеется. Возможно и вторая новость окажется не такой ужасной, потом хорошенько подумаю. Сейчас лишь мельком вспомнилось красивое лицо герцога Гленрока и его благородное надменное равнодушие.
Я вздохнула и решительно полоснула запястье. Из-за стены деревьев тут же послышался приглушённый короткий стон и рваное шипение следом, словно ранила я не собственную плоть, а вампира.
Стало не по себе. Я сложила дважды два — она не хочет пить кровь прямо из меня, это явно опасно. Для неё… или для меня, если не сможет остановиться. А судя по стону, запах всё равно чует издалека. Сдержится или нет? Я стиснула зубы и попыталась унять мелкую дрожь. Но первые капли всё равно растряслись мимо миски. Хорошо — на траву, а не на одежду.
Спустя время я судорожно отмывалась в бодрящей воде и жадно пила её горстями. От кровопотери и въевшегося в платье запаха гнили снова накатывала дурнота. Живительная влага её прогоняла.
Руку на всякий случай тоже долго полоскала в ручье, но на ней действительно не было раны. Даже в сумерках и под проточными струями угадывалось, что и шрам уже исчез. Я смотрела на запястье и думала.
Как мне жить теперь с тем, что моя мать — вампир? Безопасно ли признаться ей, что я всё поняла? Что мы скажем наверху, если она там даже никогда не бывала? Что может нам грозить в Гленрок Кастл?
Герцог был, безусловно, цивилизованным и законопослушным. Но я не знаю, все ли там таковы и кто вообще ещё там есть. Неизвестно, сможет ли мать меня защитить и захочет ли. Ник говорил, что вампирам запрещено брать кровь напрямую у людей без специального договора. Но как хозяин или другие обитатели поступят, поняв, что никому внизу не известно о моём приходе — большой вопрос.
Что вообще там говорить? Признаваться, что отец покушался на мою жизнь и просить сообщить властям?
Как мне теперь встретиться с Ником и где он? Куда идти дальше, если в Призрачном замке не причинят вреда, но и откажутся помочь? К двоюродной бабушке в Грейт Платт, вот куда. Мать сбежала именно от неё. Община там маленькая, молодая и не изолирована так глухо, как Гленрок — старейшее и самое закрытое для окружающего мира людское поселение.
Но как отсутствие застав и патрулей поможет мне найти Ника или подать ему весточку? Да, Вернон не сможет причинить ему вреда, теперь я справилась с паникой и это понимала. Улетит совой в открытое окно. Или превратится и даст отпор. Он настоящий маг и… и я вспомнила гравюру пастора Оуэна.
А вот будет ли Ник наведываться, ожидая моё возвращение… Вряд ли. Даже почти исключено. Но без этой слабой надежды мне незачем вообще жить!
Значит надо искать третьих лиц и связываться с Эвой. Полно фермеров и торговцев курсирует между Гленроком и Платтом с постоянными пропусками.
К ручью подошла Алва.
— Вытри руки о подол, чтобы не скользили. Пора продолжить путь.
— Может я сама пойду?
— Исключено. Своими ногами ты будешь идти на вершину неделю.
— Почему не в Грейт Платт к бабуле Хейзел? Ну… то есть к тёте Хейзел?
Балахон тряхнулся, капюшон резко приподнялся и из-под него на мгновение сверкнули глаза в обрамлении чёрных кругов. Она поняла намёк. Мне — двоюродная бабушка, ей — тётка.
— Не будь дурой! Там Вернон будет искать в первую очередь. Не удивлюсь, если уже послал туда Диану.
Больше она ничего говорить не стала. И я не смогла. Длиннорукая тень погрузила меня на спину и понеслась в сгущающуюся темноту.
Странно, но смрад больше не беспокоил — ощущался отстранённо, просто как очень неприятный факт. Я быстро задремала, осознав безумную усталость и собственную полную бесполезность. И неожиданно для себя — безопасность…
Проснулась я от дрожи — ночная прохлада при быстром передвижении дала о себе знать. Руки ныли.
