Миссис Сэмпсон храбро упиралась в своем показании и покинула свидетельскую трибуну с видом победителя, а остальные ее слова не представляли особой важности в сравнении с этим. Свидетель Рэнкин, который довез подсудимого до Паулет-стрит (в чем поклялся), был вызван снова и дал показания, что было два часа, когда подсудимый вышел из его кэба на Паулет-стрит.
Это противоречие в показаниях относительно времени было веским аргументом в пользу Брайана. Если, как заявила хозяйка комнат, которая судила по кухонным часам, где выставили точное время накануне вечером, Фицджеральд пришел домой без пяти два, он никак не мог быть тем мужчиной, который вышел из кэба Рэнкина в два часа на Паулет-стрит.
Следующим свидетелем был доктор Чинстон, поклявшийся, что смерть жертвы наступила из-за паров хлороформа в большом количестве, а за ним последовал Горби, который заявил о перчатке, принадлежавшей жертве и найденной в кармане пальто подсудимого.
Роджер Морланд, близкий друг жертвы, был вызван следующим. Он заявил, что познакомился с убитым в Лондоне и проводил с ним много времени. В ночь убийства он был в отеле «Ориент» на Берк-стрит. Оливер Уайт вошел и был очень взволнован. Он был в вечернем костюме, а поверх костюма надел светлое пальто. Они выпили вместе, затем пошли в гостиницу на Рассел-стрит и там выпили еще. Оба, и свидетель, и жертва, были пьяны. Уайт снял свое светлое пальто, сказав, что ему жарко, и вскоре вышел на улицу, оставив свидетеля в баре. Его разбудил бармен, который хотел, чтобы он ушел. Морланд увидел, что Уайт оставил свое пальто, и взял его, чтобы отдать ему. Но когда он вышел на улицу, кто-то схватил пальто и убежал. Роджер попытался побежать за вором, но не смог, так как был слишком пьян. Потом он пошел домой и лег спать, поскольку ему надо было рано вставать, чтобы поехать за город утром. В перекрестном допросе выяснилось следующее:
На этом свидетели прокурора закончились. Было уже поздно, и слушание отложили на следующий день.
Судебный зал вскоре опустел, и Дункан, глядя в свои записи, сделал вывод, что результатом первого дня были два очка в пользу Фицджеральда. Во-первых, нестыковка времени в показаниях Рэнкина и хозяйки комнат миссис Сэмпсон. Во-вторых, показания Ройстона о кольце на пальце правой руки мужчины, убившего Уайта, в то время как подсудимый никогда не носил колец.
Конечно, такие доказательства невиновности выглядели слишком скудными перед махиной улик в пользу вины подсудимого. Мнения публики разделились: кто-то выступал в защиту узника, кто-то против него, – когда внезапное происшествие удивило оба лагеря. По всему Мельбурну вышли экстренные выпуски прессы, и новость, в них появившаяся, передавалась из уст в уста со скоростью лесного пожара: «Нашлась пропавшая свидетельница, Сал Роулинз!»
Да, так оно и было. Роулинз появилась в последний момент, к огромному облегчению Калтона, который увидел в ней ангела, ниспосланного небесами, чтобы спасти жизнь невинного человека. Это произошло после завершения слушания. Адвокат вместе с Мадж отправился в свой офис, когда вошел клерк с телеграммой. Дункан быстро открыл ее и с немым восторгом в глазах передал мисс Фретлби.
Та, как истинная женщина, повела себя менее уравновешенно и, прочитав письмо, не сдержалась, упала на колени и принялась благодарить Бога за то, что молитвы ее были услышаны и жизнь ее возлюбленного будет спасена.
– Отведите меня к ней сейчас же! – умоляла Мадж адвоката.
Она с нетерпением ждала, когда услышит из уст самой Сал те блаженные слова, которые спасут жизнь Брайана от ужасной смерти.
