Разбудило ее прикосновение к руке, однако радоваться наемнице не пришлось, потому что мохнатая лапа принадлежала совсем не овиннику. Большими и добрыми глазами существо напоминало собаку, но ушами походило на кролика. На горле у него виднелся зоб, а поджарое тельце и повадки были кошачьими.
Существо тыкалось носом в ладонь девушки, ластилось к ней и терлось черными боками. «Коловертыш», – вспомнила Дженна. Создание это считалось помощником ведьм.
– Что же тебе надо, дружочек? – спросила наемница.
Коловертыш отбежал к двери и посмотрел на нее так, словно приглашал идти за собой. Дженна подчинилась и, следуя за помощником, вскоре оказалась в горнице. На столе, накрытом расшитой скатертью, стоял кувшин с ромашками, а за столом сидели хозяева дома: маленький косматый домовой в белой рубахе, сгорбленная старушка и ее внучка.
Домовой ворчал и приглаживал скатерть ручонками. Девочка не поднимала глаз, словно находясь в полудреме. При свете зажженной лучины ее волосы казались и вовсе зелеными.
– Скоро рассветет, – сказала бабушка, строго посмотрев на наемницу. – Нам пора.
– Куда это? – удивилась Дженна.
– Ты же пришла, чтобы помочь нашей деревне, – утвердительно сказала пожилая хозяйка.
– И я с радостью это сделаю, если вы объясните мне как, – улыбнулась девушка, совсем не понимая спросонья, что здесь происходит и почему обычно не терпящая человеческого присутствия домашняя нечисть сидит за столом как ни в чем не бывало.
– Мы должны отвести Ве́рду в лес, – пояснила старушка. – Но деревню денно и нощно стерегут солдаты. Нам нужна твоя помощь.
– Верда? – Дженна пристально посмотрела на девочку – та не отрывала глаз от скатерти. – Почему ее нужно вести в лес? – спросила девушка у хозяйки.
– Потому что она нужна лесу, – ответила старушка.
– Я действительно здесь, чтобы помочь деревне, – призналась наемница, – но я хотела сделать это иначе.
– Прежде всего мы должны думать о лесе, – коротко сказала старушка.
– Да, – важно кивнул домовой. – У нас тут тесно стало. Безобразничают все время, шалят…
Дженна охнула и открыла рот от удивления. Из-под стола вдруг высунул зеленую улыбчивую мордочку обитатель ягодников – лесной болибошка. За ним показался поросший мшистыми отростками и лишайниками моховой. Из-за двери смущенно выглядывал маленький пущевик, похожий на оживший пенек с руками-сучьями и травой вместо волос. Были здесь кикиморы, шишиги и молодые, еще не пустившие корни лешачихи.
– Помоги мне с солдатами, – сказала старая ведьма. – А я отведу свою деточку в лес.
– Я не буду их убивать, – покачала головой Дженна. – У меня есть мысль получше… В утренних сумерках я смогу провести вас тайной тропой. Но предупреждаю, на ней тяжело дышать…
– Мы все перетерпим, – согласно кивнула хозяйка.
Бесшумные, они покинули дом с голубыми стенами и красными птицами, застывшими на наличниках. Пожилая женщина, девушка и девочка с зелеными косами, окутанные временной тенью, ступили на лисью тропу. Невидимые, они шли мимо солдат, дремлющих на посту, а за ними вприпрыжку бежала лесная нечисть.
Небо постепенно светлело, и над селом пронеслись первые петушиные крики. Разбуженные птицами дворовые собаки принимались лаять. Солдаты лениво бранились.
От городских ворот к деревне приближалась группа людей. На воинах были плащи без эмблем и закрытые шлемы. Впереди всех шел худощавый мужчина средних лет. Под низким капюшоном скрывалось лицо с маленькими настороженными глазками куницы, короткой бородкой цвета меди и тонкими губами, застывшими в неизменной улыбке.
Уже на пороге леса, проходя мимо последних стражников, Дженна оглянулась назад и узнала Фрумоса Копака. Он был крохотной песчинкой на дороге, и тем не менее она точно чуяла, что это он. Знала наемница и то, что именно о нем рассказывал ей безымянный чародей.
Как бы ни пугала ее Красная, Дженна была там, где должна была быть. Но Фрумос подождет. Сейчас у Дженны было более важное задание.
Старуха, девушка и девочка углублялись все дальше в лес. Пожилая женщина шла по лисьей тропе тяжело и медленно, а вскоре и ее молчаливая внучка стала кашлять и задыхаться. Дженне пришлось вывести их на обычную дорогу.
Здесь путниц могли увидеть солдаты, патрулирующие окрестности. Наемница размотала завернутую в ткань саблю и закрепила ее на поясе.
Долго и неторопливо шли они сквозь лес. Солнце встало, и небо сделалось синим. Птицы заливались и чирикали в ветвях дубов, в траве шуршали мыши. Колючие кустарники малины и жгучая крапива преграждали им путь. Но вот они расступились, и перед путницами открылась круглая горка, а на ней вздымался древний дуб.
Лианы плющей увивали его могучий ствол и раскидистую крону так плотно, что сквозь них не было видно самого дерева. Среди изумрудных листьев пламенели сказочные цветы. А в ветвях диковинными голосами пели золотые птицы с алыми глазами и сияющими перьями в длинных хвостах.
Дженна замерла, не веря собственным глазам. И даже сперва не осознала, что происходит, когда за ее спиной послышался знакомый вкрадчивый голос.
