– Стойте там, где стоите, – предупредил Фрумос Копак. – Не двигайтесь с места, иначе, клянусь, это будет последний бунт в вашей жизни…
Наемница медленно повернулась к нему. Десять или более воинов застыли вокруг посла в боевой готовности.
– Ах, это снова вы, леди Дженна? – усмехнулся мужчина.
– Фрумос Копак, – прошептала наемница. – А я ведь только было отказалась от идеи искать с вами встреч… Но вы пришли сами…
– Видать, судьба, – догадался мужчина. – Что же вам неймется-то все, дорогая моя? Я надеялся, драконы сожрали вас у Туй-гая со всеми потрохами, но нет! И теперь я снова вижу вас на печально известной Змеиной горке…
– По-видимому, слишком уж велико было мое желание снова побеседовать с вами, посол, – ухмыльнулась девушка. – Я смотрю, что и вы не бросили привычку вторгаться в чужие владения?
– Да разве ж они чужие? – удивился Фрумос Копак. – Это – моя страна… А вот вы, милая, здесь явно не на своем месте. Вы хоть знаете, кому помогаете, нарушая волю нашего мудрого государя? – Посол бросил злобный взгляд на пожилую женщину и ее внучку. – Вы знаете, что задумала эта старая ведьма?
Дженна нахмурилась. Ничего-то она, по правде говоря, не знала. Ее делом было чуять.
– Так вот я расскажу все, а уж вы потом решите, стоит ли кидаться в драку с дюжиной опытных воинов, – произнес Фрумос Копак, пренебрежительно скривив губы. – Посмотрите на эту крошку. Она же не в себе… Ее опоили! Невежественные простолюдины приводят к этой горке родных детей… Чтобы принести их в жертву!
Дженна затаила дыхание. Неужели он был прав?
– Раз в десять лет они отдают лесу ребенка… – говорил посол, и голос его звенел праведным гневом. – Мальчика или девочку. Они оставляют их здесь, в дикой чащобе… На поживу змеям, духам и нечисти…
– Мы приходим добровольно, – раздался голосок. Верда приблизилась к Дженне и, взяв ее за руку, посмотрела в глаза. – Ты ведь умеешь
Наемница перевела взгляд на Фрумоса Копака. Считая, что его страшное заявление возымело действие, он торжествующе улыбался. Возможно, он верил в свою историю, как и прежде. Но этот негодяй был «клиентом» лисы. Дженна пыталась последовать совету Красной, однако сама судьба распорядилась иначе.
Сумеречная лиса должна была выполнить заказ. И еще никогда в жизни она не испытывала такого сладостного желания сделать это! Больше всего на свете она сейчас хотела убить Фрумоса Копака! Да, его защищала дюжина рослых воинов, но ведь и наемница пришла не одна…
Дженна оттолкнула девочку одной рукой, а второй достала из-за пазухи связку красных лент и бус. Быстрым движением она бросила свое богатство в сторону солдат и громко провозгласила:
– Приходите, невесты лесные, женихи ваши ждут не дождутся! Ох, весело погуляем на свадебке!
Настала тишина, птицы замолкли, нечисть, вернувшаяся в лес вместе с Вердой, затаилась в ожидании. А затем девушка услышала уже до боли знакомую ей фразу:
– Взять ее…
Посол шагнул назад, а его воины рванулись к Дженне. Саблей и кинжалом она отражала удары, ловко прыгая между разбросанными лентами, ягодами и бусинами, не задевая их. А между тем, как сапоги солдат касались нарядных нитей, со всех сторон им на плечи прыгали их «суженые».
Воя и улюлюкая, круглобокие мохнатые шишиги впивались зубами в кольчуги и царапали длинными когтями пластины доспехов. Хихикая и причмокивая, длинноносые кикиморы скидывали шлемы с голов солдат и в клочья рвали их плащи.
Улучая момент, когда ее враги принимались отбиваться от молоденьких да голодных «невест», Дженна пронзала их и бросалась к следующим. Потеряв всякую жалость, она рубила и резала всех, кто подворачивался на пути. Ее сабля, будто зачарованная, ловко находила слабые места в броне и жадно пила теплую красную влагу.
Землю окропила кровь, и прохладный ветер запел в кривых сучьях. Скрипя, старый дуб закачался, точно пританцовывая в такт жуткой мелодии сражения: крикам людей, скрежету и лязгу железа. Лепестки алых цветов в его ветвях дрожали. Птицы хлопали золотыми крыльями.
Верда и ее бабушка приблизились к дереву. Старая ведьма обняла свою деточку, вздохнула последний раз и упала без чувств. Некоторое время девочка не двигалась с места.
Она смотрела на тело бабушки. Губы ее дрожали, а в глазах набухали слезы. Затем она подняла голову к опутанным плющом ветвям дуба, к красным цветам и золотым птицам на них, и лицо ее прояснилось.
Улыбнувшись, Верда обняла тонкими руками широкий ствол. Лианы, словно змеи, обвили ее хрупкое тело и сокрыли нового хранителя в пучине зелени.
В этот миг птицы запели вновь. Небо затянули тучи. Раскаты грома прокатились над головами людей и нечисти. Сначала тихий, его голос постепенно становился все более устрашающим. Ветер выл, набирая силу и поднимая в воздух сухую листву. Качались и стонали деревья вокруг поляны.
