Руби подошла к небольшому объявлению в рамке – что-то про устав колледжа. Подняв бровь, она вызвала изображение Гивенса на блестящей поверхности. Он сидел в своём фургоне и ел вместе с Уилфредом. Она моргнула, и картинка исчезла. Она кивнула остальным.
– Ты был прав, – сказала Руби. – Они остановились, чтобы подготовиться. Мы успеем попасть в аббатство раньше них.
Аббатство святого Ансельма представляло собой развалины – сохранились лишь торцы здания с высокими арками с оконными проёмами, где когда-то стояли стёкла. Теперь ветер и дождь хозяйничали здесь совершенно безнаказанно, и заросли плюща шуршали и трепетали под их гнётом. Обломки древних камней валялись на траве. Кое-где из земли до сих пор возвышались стены, некоторые так покосились, что держались на честном слове. Жалкие развалины аббатства походили на останки гигантского доисторического существа, некогда скитавшегося по земле.
Руби продрогла и валилась с ног от усталости. Последние несколько часов показались ей бесконечно долгими – сначала дом Гивенса, затем Колледж Сент-Кросс, а теперь аббатство. Но сейчас не время отдыхать, нужно следить за Гивенсом, который ещё в пути. И принюхиваться – нет ли поблизости витов, потому что Джонс сказал, что Опустошитель способен учуять вита раньше, чем увидит его, и именно так он узнает о его приближении, если не будет других признаков.
Луна спряталась за облаками, и было темно, – вдобавок ко всем прочим трудностям, и Руби уже несколько раз спотыкалась о камни, торчащие из земли, потому что их было сложно разглядеть. К тому же здесь было полно кротовых норок, будто специально, чтобы она падала.
Она сунула револьвер за пояс, он утомил её рассказом о потрясающем приключении, в котором он побывал с Мэйтландом на руинах старого аббатства, и что эту развалюху даже сравнивать с ним нельзя. Бесконечная болтовня револьвера раздражала её, к тому же Руби хотелось подумать в тишине.
Она оглянулась на Джонса и Томаса Гэбриела, которые несли лунный шар. Они высоко подняли его, освещая призрачным сиянием обломки стен, ища потайную дверь. Когда Руби взяла лунный шар, он зашипел и погас. А потом вдруг так раскалился у неё в руках, что она испугалась и с криком подбросила его в воздух. Томас Гэбриел громко выругался, с трудом поймал шар и прижал к груди, так что мальчики теперь возились с ним сами.
Руби шагала по траве, размышляя над тем, что далеко не всё в Пустынных землях подходит девочкам. Сначала она отмахнулась от этих мыслей, чтобы не чувствовать себя ущербной перед друзьями. Но с каждым шагом она всё больше думала о встрече с вампиром и исчезайке, которая тоже не сработала. Она до сих пор не знала, как вампир проследил за ней до дома, но это уже неважно. Она виновата. Именно из-за неё Виктор Бринн лишился жизни. В её сердце до сих пор кровоточила рана, как бы она ни старалась принять вирд.
Она ужасно скучала по Виктору Бринну. Он был строгим, ничего не скажешь, но и добрым тоже, всегда рад был выслушать всё, что приходило ей в голову. Ей так хотелось поговорить с ним сейчас о лунном шаре, и исчезайке, и о том, как она боится, что её никогда не признают Опустошителем, – что ей тогда делать? Ещё столько нужно узнать и выучить – это слишком тяжело для одинокой маленькой девочки.
Расстроенная, Руби изо всех сил пнула кротовый холмик, и комки земли полетели во все стороны. Чуточку полегчало, и она пнула ещё раз. Она сама не заметила, как покинула каменные руины аббатства и оказалась у небольшого музея для посетителей. Это было современное здание из стекла и стали. Заглянув внутрь, она разглядела множество реликвий на стендах и витринах и крупные каменные обломки за верёвочными ограждениями.
Услышав шум, она бросилась на землю и замерла, прислушиваясь, что же это могло быть. Шум повторился. Теперь ясно – это мотор гудит вдалеке. На холме показался свет фар, освещавших дорогу к аббатству. Руби смотрела, как автомобиль приближается к пустой парковке.
И бросилась со всех ног к мальчикам.
Рэндалл Гивенс захлопнул дверцу фургона и вдохнул прохладный воздух, топая ногами, чтобы размяться после долгой поездки.
– Холодно, Уилфред?
– Да, сэр.
– Что ж, приступим. – Гивенс достал свой лунный шар и направился к руинам аббатства, освещая дорожку тусклым светом. – Мы ищем потайную дверь, а лунный шар поможет найти её, если она есть.
– А что за дверью, сэр?
– Думаю, весьма ценный предмет, который разыскивает Высший совет Ордена. Они ищут его уже много лет. Опустошитель, который владел этим предметом, хорошо его спрятал, потому что он очень ценный.
– Кто был этим Опустошителем, сэр?
– Огастас Дрюмен. Ты наверняка слышал это имя. Что тебе известно о нём?
– Огастас Дрюмен родился более четырёхсот лет назад и прошёл весьма необычную Инициацию. Он получил дар магии, выпив грязную воду из ванны, где искупался другой Опустошитель.
– Да, крайне необычная Инициация, как говорят книги по истории. А что скажешь о нём самом?
– Он был лучшим Опустошителем всех времён и народов.
– Одним из лучших, – поправил Гивенс.
