Экипаж свернул в переулок и покатил между узкими двухэтажными домами, из крыш которых торчали медные штыри, похожие на двузубые вилки: к одним крепились гнутые пружины, к другим — рваные проволочные сетки. Над мостовой нависали трубы, некоторые проходили так низко, что кеб едва не цеплял их своей крышей.
Вдали, в смоляной туче никогда не рассеивающегося дыма, высились фабрики и огромные кирпичные дымоходы Гари.
Джаспер уже успел испугаться, что они направляются к дымарям, но тут наконец произошло то, во что он сперва даже не поверил, — кеб заворчал, пару раз фыркнул и остановился.
— Прибыли, сэр! — сообщил кебмен, с опаской озираясь по сторонам. — Ржавый переулок, дом номер восемь!
Джаспер соскочил на землю и метнулся к нагроможденной вокруг горбатого фонарного столба куче старой мебели. Притаившись за трухлявым комодом, он осторожно выглянул.
Мистер Драбблоу выбрался из кеба и с таким видом, будто его грабят, заплатил кебмену, не преминув сообщить ему все, что он думает о «преступных надбавках из-за погоды».
Экипаж не без труда развернулся и, выдав из-под днища облако горячего пара, тронулся в обратный путь.
Когда кеб скрылся в тумане, мистер Драбблоу поднял воротник пальто, ниже на глаза надвинул котелок и пошагал к ближайшему дому. Там, под совершенно нечитаемой вывеской, тускло светились грязные окна-витрины небольшой лавки, в которых были выставлены какие-то растения. Прямо под окнами на тротуаре стояли ящики, заполненные глиняными горшками с мухоловками, — длинные зеленые лозы, переваливаясь через стенки ящиков, выползали наружу и исчезали в грязи.
Стоило мистеру Драбблоу подойти к лавке, над входом что-то зашевелилось, и Джаспер негромко ойкнул от неожиданности.
Наверху была установлена здоровенная механическая мухоловка, которую мальчик из-за тумана сперва принял за скопление труб. Крутились шестерни и скрипели пружины, приводя в движение жестяные листья и бурые от ржавчины стебли. На стеблях со скрежетом покачивались и лязгая хватали воздух большие проклепанные пасти. Одна из этих пастей двинулась к посетителю, видимо намереваясь украсть у него шляпу.
Не обратив на скрипучую громадину внимания, мистер Драбблоу открыл дверь и исчез внутри.
Джаспер выждал немного, затем выбрался из своего укрытия и ринулся к лавке. Оказавшись возле нее, он задрал голову и строго погрозил пальцем потянувшейся было к нему механической мухоловке.
— Даже не думай!
Убедившись, что автоматону его не достать, мальчик прильнул к окну.
Разглядеть что-либо внутри лавки было затруднительно из-за листьев растений за стеклом, и все же Джаспер разобрал, что в глубине помещения стоят какие-то люди — вроде бы Драбблоу был среди них… Что он делает? Что за темные делишки он там сейчас проворачивает?
Что-то коснулось руки Джаспера. Что-то холодное и скользкое… Он вздрогнул и опустил взгляд. Одно из растений в ящике под окном оплело его рукав тонкой зеленой лозой.
— Тш! Не лезь! — шикнул Джаспер на наглеца и отцепил его, после чего вновь повернулся к окну. — Так я ничего не узнаю!
И тут его посетила идея.
Племянник доктора Доу взял из ящика горшок с общительной мухоловкой, прошептал: «Только не кусайся…» — и, сжав зубы от волнения, осторожно приоткрыл дверь лавки.
Колокольчик над притолокой неуверенно звякнул, и Джаспер, войдя, уже открыл было рот, чтобы выдать заготовленную отговорку, мол, он просто присматривает цветок в подарок своей любимой бабушке, но никто не обратил внимания на его появление.
В лавке царила полутьма. Над стойкой продавца тускло мерцала лампа, но ее свет почти не дотягивался до стеллажей, заставленных горшками с растениями. О, эти растения! Сколько же их тут было… Помимо стеллажей, они занимали полки на стенах, стояли на кованых подставках, свисали из-под потолка и почти все шевелили листьями, притом что никакого сквозняка не наблюдалось.
Большинство здешних представителей флоры выглядели довольно диковинно, если не сказать экзотично: вокруг бутонов некоторых цветков парили облачка светящейся рыжей, красной, ярко-желтой пыльцы; другие скалились настоящими клыками; были в лавке и те, что пульсировали, явно кого-то переваривая…
Джаспер напомнил себе, что пришел сюда не ради растений, и, шмыгнув в ближайший проход между стеллажами, выглянул, пытаясь понять, что именно происходит в лавке.
Мистер Драбблоу, судя по всему, еще не успел вытворить ничего зловредного: помешала ему… очередь. Он переминался с ноги на ногу и нетерпеливо потирал руки в перчатках — казалось, жилец из девятой квартиры готов целиком проглотить, не пережевывая, стоящую перед ним, у самой стойки, даму в шляпке с голубиными перьями.
Покупательница между тем явно никуда не торопилась и, очевидно, была здесь уже довольно долго, учитывая легко читающееся утомление на пухлом усатом лице продавца в зеленом переднике.
— …А я снова повторяю вам, что ваш прошлый совет не помог, мистер Финикус, — говорила она, тыча пальцем в своего питомца — унылого вида росянку в горшке, стоявшем перед ней на стойке. — Берти почти засох. Посмотрите на его листья: они же все почернели!
