Наполеон медленным, широким армейским шагом подошёл к Клэр, минуя своего бывшего посла и Франсуа. Она была растеряна и чувствовала исходящую от него энергию. Наполеон был уверен в себе, и это делало его ещё более величественным, чем он представлялся. Красотой он значительно уступал Александру, не говоря уже о том, что был его старше. Хоть возраст явно отражался на лице, его взгляд был горящим и притягательным. Могло показаться, что он читал мысли на расстоянии. Несмотря на его многочисленные достоинства, его глаза говорили о вспыльчивости и агрессии, и, в отличие от императора Александра, в нём совершенно не чувствовалось показательное благородство. Возможно, потому, что, в отличие от русского императора, он не ставил перед собой цель понравиться всему миру.
Сила и одиночество… Эти слова навсегда стали ассоциироваться у Клэр с Наполеоном.
– Я искренне завидую вашему жениху, мадемуазель. Вы стали украшением этого холодного дворца. Позвольте расспросить о вашей фамилии. Вы русская? – Клэр не могла оправиться от мысли, что собственными ушами слышит голос человека, которого ещё долгие поколения будут считать великим.
– Мой отец имел русские корни, но по происхождению я француженка.
– Великолепно! Коленкур с восторгом рассказывал мне о вашей первой встрече. Я рад, что теперь вы и ваш жених находитесь под защитой Франции.
– Благодарим вас, император! – сказал Франсуа, повернувшись к Наполеону.
– Если вы не сильно измотаны дорогой, я с радостью покажу вам дворец, – пристальное внимание было направлено исключительно на Клэр.
– Ваше Императорское Величество? – вдруг таинственный мужчина, скрывающий под маской половину своего лица, обрёл голос. Он преданно посмотрел на императора, а затем перевёл подозрительный взор на Клэр.
Находясь поблизости с таким бесстрашным человеком, как Наполеон, Клэр чувствовала, как сама обретает силу и храбрость. Она уверенно ответила на взгляд незнакомца и ощутила, как с каждой секундой её тело становится крепче.
Его глаза. Они были такими холодными, чужими, презрительными, но отнюдь не пугающими.
– Дела подождут, – фыркнул Наполеон, и его плотные щёки при этом содрогнулись. – Следуйте за мной, мадемуазель. И вы, де Миро, тоже не отставайте.
Пока они медленно передвигались, Клэр украдкой наблюдала за движениями и жестами императора. В какой-то момент она призналась сама себе в страшной истине. С первых минут этот человек вдохновил её. Его величие ощущал каждый подданный. Нечеловеческая сила и способность управлять и вести за собой людей. Рядом с ней шёл мужчина – знающий всё и повелевающий всеми. Мужчина, каким никогда бы не стал Александр.
– Расскажите о себе, де Миро. Хоть мы с вами прежде и встречались, о вас я знаю лишь то, что вы имели интерес к коневодству.
– Я в раннем возрасте покинул Париж, Ваше Величество. Всю мою сознательную жизнь я скитался по странам и городам. Каждый день я жил приятными, но такими далёкими воспоминаниями об истинном доме. Пока однажды не посетил ваш двор несколько лет назад. Это напомнило мне о том, кто я и где моё место. С того времени и до сих пор я жил в России и даже был удостоен знакомства с императором Александром.
– Вам известно, что своим возвращением ко двору вы обязаны Коленкуру? – поинтересовался Наполеон, растягивая в улыбке маленькие губы.
– Известно, Ваше Величество. Ведь я лично умолял его ходатайствовать о моём возвращении перед вами.
– Вы лис, Франсуа де Миро, – настороженно сказал император. – Надеюсь, не такой же лис, как Александр.
– Император Александр Павлович лишь дал мне убежище.
– А вы, мадемуазель? – дослушав лестные слова Франсуа, Наполеон обратился к Клэр.
– Моя жизнь не покажется вам интересной, Ваше Величество. Когда мой отец был маленьким, он со своей матерью приехал в Россию. Это случилось ещё до революции, но уже тогда они оказались в немилости у короля. Отец женился на русской. Мой род давно обеднел, а помолвка с де Миро гарантирует мне безбедную жизнь.
– И всё же ваша семья выдаёт вас замуж без любви? Я ни в коем разе не берусь осуждать вас, мадемуазель. Потому как сам знаю причины таких браков.
– К моему горю, я сирота. Родители умерли несколько лет назад. Именно поэтому я смею путешествовать с мужчиной, который до сих пор не является мне мужем. Может быть, общество и вправе осудить меня, но… мне всё равно.
– И я уважаю это! Общество всегда найдёт повод для сплетен, уж поверьте. И жить, постоянно чувствуя над собой гильотину чужого мнения? Лишь безвольные и слабые люди, не имеющие собственных амбиций, будут делать всё, чтобы угодить обществу. Когда-то граждане Франции осуждали меня, презирали и недооценивали. Как видите, теперь все они – мои подданные.
Клэр шла подле императора Наполеона, Франсуа и Коленкур шли следом за ними. А вот человек в маске резкими шагами пытался лавировать между императором и идущими позади мужчинами.
– Мой император, позвольте мне спросить? Возможно, мой вопрос покажется неуместным, но скажите, почему этот человек скрывает своё лицо?
