— Слышь, Лифти, — с некоторой опаской проговорил Ворюга. — Вот ты сейчас сам себя-то слышал? Ты сам-то понял, что ты только что сказал?
— Вполне, — ответил Хитрюга. — И я могу повторить: или я, или эта девушка. Выбор за тобой. Что, слабо доказать, что ты не влюблен? Или же ты все-таки подвержен болезни любви?
— Ничему я не подвержен! — вконец взбесившись, выкрикнул Шифти. — И я смогу тебе это доказать!
— Вот и отлично. Завтра же и проверим.
— Это как?
— А вот мы завтра с тобой вместе пойдем на большой куш. Вот там-то мы и узнаем обо всех твоих чувствах. Если то, что ты утверждаешь — правда, то мы с тобой уже вечером будем купаться в деньгах всех этих жителей-олухов. Если же нет, то я вынужден принять самые крайние меры. Идет? — и енот без шляпы протянул брату руку.
— Идет! — старший близнец даже с каким-то азартным задором пожал в ответ. — Но если ты мне проиграешь, то целую неделю потом будешь моим молчаливым рабом. Будешь выполнять все мои пожелания, едва ли не любой мой каприз.
— А если ты проиграешь, то ты будешь моим молчаливым рабом. Причем две недели. И я на двести процентов уверен, что я прав.
— Хе, мечтай дальше!
На следующий день рано утром братья уже подъезжали на своем грузовике к конфетному заводику. Там в принципе никакой охраны не было. Правильно, какому дураку может прийти в голову ограбить небольшой завод сладостей? Ради чего? Однако у братьев были свои планы на будущую добычу. Естественно, они не собирались ее полностью присваивать себе. Но они точно знали, кому они могли сплавить большую часть кондитерских изделий за приличную сумму. Поэтому грузовичок, успешно и тихо обогнув будку охранника, без труда проникла на территорию завода. Со стороны камер наблюдения приехавшая машина выглядела как очередной грузовик для погрузки готовых продуктов (братья заранее наклеили эмблему фабрики), поэтому никаких подозрений возникнуть не могло.
Припарковав грузовик ближе к аварийному выходу, Лифти и Шифти, переодевшись в типичных грузчиков, дабы уж совсем не вызывать подозрений, проникли через запасный выход на завод. Им пришлось постоять с минуту, чтобы привыкнуть к сильному сладкому запаху и к обилию цветов радуги на конфетах. Натти бы на фоне этого гигантского калейдоскопа просто слился бы. Полностью адаптировавшись в атмосфере заводика, близнецы присмотрелись к общему плану здания. В принципе, это место было идеальным для совершения преступления. Ну, может быть, и не совсем преступления, как думали братья. По их мнению, столько конфет, сколько они собирались утащить, начальство фабрики не заметит, и этот убыток не повлияет на их общий доход. Ну, а если и повлияет, то это будет только на руку, поскольку это даст им больше шансов заработать на кондитерско-мошенническом поприще. Полностью продумав свой план действий, близнецы кивнули друг другу и разошлись в разные стороны.
Ворюга пошел к цехам, производившим шоколадные конфеты и просто шоколадки с начинкой. Сначала он просто собирал свеженькие конфеты прямо в коробки, абсолютно не разбирая, в какой какая начинка. Но тут он увидел на одной из лент конфеты в виде сердечек. Из чистого любопытства попробовал одну такую. На язык тут же вылился еще не остывший вишневый сок. «Хм, а ничего так, — подумал он. — Вкусные, прям как тот самый плод. Интересно, а понравятся ли они Кэтти-Блэк?». Шифти огляделся, ища глазами своего брата. Убедившись, что Лифти его не увидит, енот в шляпе достал маленький мешочек бархатно-красного цвета, сгреб несколько конфет и положил их туда. Наполнив мешок до краев, старший близнец спрятал его у себя в шляпе, а потом стал дальше собирать конфеты с конвейеров в коробки.
Закончив наполнять, старший брат с большим трудом дотащил весь груз к запасному выходу. Он встал у двери и начал ждать Хитрюгу. Прошло полчаса, а он все не появлялся. Шифти уже начал понемногу волноваться. Он с тревогой посмотрел туда, куда по договоренности ушел Лифти. Не найдя его там взглядом, енот в шляпе решил самолично проверить брата. Без тени опаски оставив награбленное у входа, лишь спрятав его под вовремя подвернувшейся под руку парусиной, старший вор буквально побежал к цехам ирисок. И в принципе, если бы он пришел чуть позже, то так бы и не нашел своего братца.
Потому что енот без шляпы находился у машины-растяжителя ирисочной массы. Его руки накрепко завязли в этой массе, и Лифти никак не мог выкарабкаться. Он был словно в болоте: чем больше дергался, тем сильнее увязали его руки. Дернувшись в очередной раз, Хитрюга на этот раз случайно задел ногой кнопку активации машины. Послышалось гудение включаемого аппарата, засветились какие-то лампочки, и стержни растяжителя начали описывать свои восьмиобразные движения, затягивая за собой ирисочную массу. Енот без шляпы, заорав от страха и паники, задергался, но тщетно — машина была, естественно, сильнее него и постепенно утягивала за собой незадачливого воришку. Еще бы чуть-чуть, и он бы просто утонул в ирисках, а потом бы его перерезало на мелкие-мелкие кусочки.
