И Кэтти-Уайт с улыбкой достала кольцо. Черная кошка не могла поверить своим глазам. Она бережно взяла металлический предмет в свои лапки, тщательно осмотрела его, убедилась, что это то самое пропавшее кольцо, после чего очень аккуратно надела его обратно на хвост. Сердце ее радостно забилось, она снова была счастлива. И снова жизнь показалась ей прекрасной и такой желанной. Все вокруг снова приобрело краски и звуки, из Хэппи-Долла она опять услышала веселый смех детей и звуки ударов ногой по мячу.
— Хороший городок, не правда ли? — улыбнулась белая, приобняв сестру одной рукой. — Хотела бы я туда спуститься да со всеми перезнакомиться.
— А я боюсь… — честно призналась черная. — Я боюсь спускаться. К тому же, вдруг там ребята будут так же надо мной смеяться из-за того, что я — черная кошка?
— Почему ты все время боишься быть осмеянной?
— А тебе было бы приятно, если бы тебе присваивали нечистую силу? Тебе было бы хорошо, если бы ты знала, что тебя за твоими глазами обсуждают? Тебе было бы… Комфортно, когда на тебя смотрят десятки пар глаз, а лица их хозяев озаряют ехидные и насмешливые улыбки?
— Знаешь, мне как-то все равно! — Уайт приняла кислую мину. — Обсуждают за моей спиной? Пусть обсуждают хоть до посинения. Присваивают мне нечистую силу? Ну и что? А может быть, я сама — нечистая сила? — тут она лукаво улыбнулась. — Ладно, шучу. Пялятся на меня и скалятся? Да на здоровье! В конце концов, они вскоре сами заплатят немалую цену за свои выкрутасы.
— Ты так говоришь, словно собираешься им навредить… — Блэк чуть отодвинулась от белой кошки, ей явно не понравилось последнее предложение.
— Не исключено, что я им как-нибудь отомщу, — та лишь плечами пожала. — Ладно, пошли завтракать. А то нас мама заждалась уже, а она сегодня с утра сделала тосты с сыром и колбасой! Очень вкусные!
Девочки встали и двинулись в сторону своего дома. Они не оборачивались назад, чтобы окинуть Хэппи-Долл последним взглядом. А им стоило оглянуться… Потому что над этим маленьким городком, независимо от прочих погодных условий, уже начала образовываться черная туча с красными всполохами света. Ничего не подозревающие детишки играли в футбол, смеялись и даже не задумывались о том, что уже сейчас им готовится страшная судьба…
— Может, мне тебя проводить, Блэки, до дома? На улице уже темно, а в такое время в твоем районе шастает очень много бандюганов.
Пес-овчарка, сняв с себя форму и накинув кожаную куртку, ждал в главном коридоре отделения полиции свою коллегу — черную кошку с бело-рыжим «жабо» на груди. Та заканчивала с анализом крови еще одного погибшего в результате ограбления ювелирного магазина и уже убирала все пробирки в холодильник, осторожно перенося их на подносики и подставки. Тут она вспомнила что-то, взяла одну колбочку и перелила в маленький экспериментальный сосудик несколько капель крови, потом подписала маркером, убрала его в сумку и вышла к ждавшему ее проводнику на этот вечер.
— Снова пополняешь свою коллекцию? — с доброжелательной улыбкой спросил старший лейтенант, подставляя свою сильную лапу черношерстной девушке.
— Да, — ответила та. — Разве это плохо?
— Вовсе нет, — Билли пожал плечами. — Просто мне непонятно, зачем тебе образцы крови тех, кто уже погиб. Хотя если ты не хочешь, можешь не объяснять мне причину, я не настаиваю, коли это что-то глубоко личное, р-рав.
Кэтти-Блэк посмотрела прямо в лицо своего спутника. Оно было спокойным и уверенным. Таким оно бывало всегда, и во время перестрелки с бандитами, ворами и прочими преступниками, и в мирное время, даже если его ругало начальство за «не очень хорошее выполнение плана». Билли-Дог без колебаний шел навстречу всему тому, что ему готовила судьба. Казалось, он не боялся ничего. Его не могли напугать ни опасность убийцы или маньяка, которого надо было поймать, ни смертельно опасные операции по спасению заложников. Вместе с ним девушка с серыми непослушными волосами чувствовала себя в безопасности, защищенной от любых нападок извне.
Пес и кошка подружились уже тогда, когда Блэк в первый раз пришла на работу в качестве младшего ассистента главного судмедэксперта. Овчарка как-то сразу углядел в этой хрупкой и зашуганной девочке потенциал. Он даже остался ждать ее после работы, хотя его самого отпустили пораньше за какие-то заслуги. А когда та вышла, то он пригласил ее к себе на ночной чай и тихие посиделки. Кэтти тогда испугалась и отказалась было, но доброжелательность и мягкость тогда еще младшего лейтенанта убедили ее в том, что этот субъект ее точно не обидит никогда, что он, может быть, встанет за нее горой.
