— Это не меняет дела. Я обязан ее защитить.
— Что ж, хорошо, — Берсерк перекинул нож в другую руку. — Тогда будь готов сдохнуть, как последний подонок!
— Не торопись, приятель! — вскрикнул Рассел, отразив удар медведя своим кортиком.
Завязалась драка. Она была очень похожа на турнир по фехтованию: оба противника умело размахивали клинками в разные стороны, выполняя всевозможные приемы. Флиппи был вне себя от ярости, он тупо напирал на выдру, делая размахи своим ножом более большими, более амплитудными и более мощными. Он хотел поскорее покончить с пиратом, а затем, наконец, добраться до желанной цели — кошки. Сам же Рассел был более спокоен. Он действовал точно и методично, стараясь одновременно не навредить своему другу. При этом он корил себя за неосторожно сказанные слова и мысленно клялся себе, что в случае победы он больше никогда и слова не скажет по военной тематике и никогда не будет хвастаться перед ветераном своим оружием и умением драться.
Тем временем летяга попытался помочь кошке, но та посмотрела на него, как затравленное животное, вскочила и стала отступать от героя. Она совершенно не замечала, что она таким образом подступала к краю пирса и вот-вот рисковала упасть в воду.
— Я не обижу тебя, Кэтти-Блэк, — спокойно говорил Сплендид. — Я просто хочу тебе помочь.
— Не верю, — сказала Кэтти, не обратив внимания на то, что к ней обратились по имени. — Ты такой же страшный и сильный. К тому же я тебя совсем не знаю. Откуда мне знать, что ты не мошенник, прикидывающийся героем, а на деле — всего лишь накаченный летяга?
— Я не буду сейчас убеждать тебя, — ответил герой. — У меня нет времени. Осторожно!
Но было поздно — кошка оступилась на краю пирса и с визгом полетела в воду. Послышался громкий всплеск, новенькая вошла в воду животом в горизонтальном положении. Сплендид с ужасом посмотрел вниз и хотел было броситься на помощь, как вдруг кто-то схватил его за плечо и с силой вонзил клинок ему прямо в позвоночник. Это был Флиппи. Он давно расправился с выдрой, вырезав ему целый глаз, отрубив целую руку и лишив сердца. И теперь Берсерк стремился помешать летяге спасти кошку.
Сам же Сплендид хоть и был неуязвим, но сейчас он почувствовал, как ноги начали ему отказывать. Да, медведь-вояка хорошо знал анатомию: вонзив свой нож в спину героя, он проткнул тому спинной мозг насквозь. Вероятно, Прапор знал, что голыми руками Великолепного не взять, поэтому он прибегнул к другой тактике, гораздо более подлой: удар со спины. И, похоже, этот прием был более эффективным. Во всяком случае, это ввело летягу в некоторое замешательство, и он проявил минутную слабость. Герой тяжело опустился на колени, оперся руками о деревянный пол и начал тяжело дышать. Он был готов на секунду сдаться, однако тут он увидел, как кошка, оказавшись в воде, начала барахтаться и отчаянно звать на помощь, совсем уже обезумев от страха, а потом она и вовсе пошла ко дну. Это обстоятельство словно дало Сплендиду «второе дыхание». Он встал, но тут же его голова оказалась в сильных руках Прапора, собиравшегося свернуть герою шею.
— Как это, должно быть, позорно, — зашептал медведь в ухо летяги. — Умереть от рук простого жителя… Да?
— Да, может быть, — ответил Великолепный, незаметно напрягая шею. — Да только вот я сегодня не заказывал билет в мир теней.
Этот афоризм сначала ввел Берсерка в замешательство, и это стало для него пагубным. Сейчас же из глаз героя выстрелили лазерные лучи, которые распилили безумца аккурат пополам. Половинки Флиппи сначала оставались на своих местах, а затем с противным хлюпом и последующей лужей крови вперемежку с желчью и желудочным соком распались. «Мне очень жаль, прости, — подумал Сплендид, с печалью глядя на убитого им ветерана. — Но ты меня вынудил». Затем летяга прыгнул в воду на помощь единственной выжившей. Хотя бы одному жителю, пусть и незнакомому, герой был обязан помочь.
Долго он возился с новенькой. Во-первых, она уже была на приличной глубине. А во-вторых, при виде белки, кошка слабо, но все-таки задергалась, не даваясь герою в руки. Должно быть, она до сих пор боялась Сплендида, что-то она в нем нашла страшное. Но потом она попросту обмякла и перестала двигаться вообще, сжимаемая в сильных руках спасителя.
