Неожиданный прилив сил слился с твердой уверенностью — пока он рядом, со ставшей такой родной чужачкой, не произойдет ничего дурного. Теперь он знал это, как и то, что их обоих обязательно спасут. Нужно лишь продержаться еще немного. Они не одиноки, у них есть те, кому не страшен ни Злой ветер, ни коварное море. Нельзя сдаваться и тогда их обязательно отыщут!
Ригби вздрогнул, распахнул глаза и тут же с силой сжал скользкую перекладину, нарочно бередя рану, заставляя острую боль отогнать от него непрошенное видение из далекого прошлого. Он забылся всего на миг и едва не полетел вниз. Краткая передышка могла стоить ему жизни, впрочем, как и тогда… Ригби совершенно не хотелось окунаться в детали одной из самых страшных ночей в его жизни.
Подумать только, всего каких-то несколько часов, проведенных в темноте и холоде, раз и навсегда перекроили все его мировоззрение, заронив ядовитое зерно сомнения, разросшееся с годами в могучее древо персонального философского зла, одним своим существованием перечеркивающего большинство постулатов Шутты. Тогда Ригби выжил сам и вытянул Теру, но взамен утратил веру в богов, накрепко уверился в единоличной власти над собственной судьбой и в довершение ко всему — окончательно растерял доверчивость.
— И почему именно я вечно должен выуживать тебя из-за грани, Тера? — проворчал Ригби, остервенело перебирая руками и ногами.
Действие мощного зелья улетучилось, а бесконечные ступени все не желали заканчиваться. Казалось, будто тайная лестница ведет не на крышу главного храма Корды, а как минимум на гору мудрецов Шутты. Сил больше не было, осталась лишь упрямая механика мышц, побуждаемых к действию несгибаемой волей человека, не привыкшего проигрывать и пасовать перед трудностями.
Где-то наверху ждал толстый канат, а может целая сеть из перепутанных веревок, или один единственный волшебный шнур, удерживающий все шестнадцать полотен разом. Для Ригби не имело значения как именно это будет выглядеть, он жаждал лишь одного — выбраться на крышу и сделать все от него зависящее, чтобы Злой ветер помог не лишиться того единственного, ради чего господин посол еще был способен совершать безумные, несвойственные ему в своем бескорыстии, поступки.
Разогнавшись, Ригби больше не думал об усталости и боли, он скоро преодолевал ступени, не заботясь о том, что далеко не все из них оказывались надежными. Пару раз опора с треском проламывалась, но он лишь крепче хватался, подтягивался и лез дальше. Утратившие чувствительность пальцы, раз за разом с остервенением впивались в перекладины, словно те были многочисленными шеями его заклятых врагов. Второй сапог полетел вслед за первым, но и это не остановило его. Ригби молча припоминал всех, по чьи души явится, когда наконец покончит со всеми делами в Дэйлинале. Отправляясь в это проклятое королевство, он совершенно не заботился о текущих острых вопросах Шутты, а ведь их было не так уж и мало!
Построение будущих планов — дерзких, рискованных, а под час и откровенно подлых, вселяло абсолютную уверенность в том, что он встретит не только этот рассвет, но и многие другие, последующие за ним. Хищная улыбка не покидала его растрескавшихся, кровоточащих губ, а от неистового взгляда пробрало бы и самых бесстрашных, доведись им заглянуть в этот момент в ярко зеленые, горящие безумным огнем глаза.
Возвращению к действительности поспособствовал резкий, болезненный удар, ознаменовавший неожиданное окончание подъема. Каменный люк поприветствовал бодливого гостя, давая понять, что таким способом мимо него еще никто не проходил и вряд ли когда-нибудь пройдет. Шипя от боли, Ригби зло ухватился за железное кольцо и уже собрался выбраться на крышу, как до его слуха долетел, нарастающий гул голосов. Спорщики приближался к его укрытию и совершенно не таились. Учитывая это, выскакивать перед нежданными защитниками храмовой крыши, не выяснив предварительно сколько их и кто они такие, явно не следовало.
— Говорю тебе, Гант, здесь кто-то есть! — раздался визгливый, перепуганный голос откуда-то сверху. — Я ощущаю незримое присутствие зла…
— Заткнись, Лерри! Тошно и без твоих вечных россказней о не упокоенных душах и страшных тварях, выползающих из-за грани. Посмотри лучше на площадь, не прорвались ли через заслоны бунтовщики? Ох и не нравится мне все это! В прошлом году Верховная завершила ритуал спустя три часа после шествия свечей, а что в этом? Скоро рассвет, центральная свеча, судя по всему, так и не восстановлена, на улицах беспорядки, а еще этот ветер, чтоб ему. На моей памяти ни разу Злой ветер не был таким настойчивым и свирепым. Прорвется и все, конец нам! — припечатал собеседника обладатель грубого голоса, подпорченного шумной, свистящей одышкой.
— Верховной виднее, как защищать Дэйлиналь от Ловца и прочих врагов королевства и сколько времени отводить на ритуал. Да она… — задыхаясь от приступа фанатичной веры, попытался высказаться Лерри, однако вновь был бесцеремонно прерван.
