Сузив глаза, Клара недобро уставилась на неспокойного шуттанца снизу вверх. Ее толстая комфортабельная ветка располагалась ниже и имела несомненное преимущество в виде густой листвы, неплохо предохранявшей от назойливого ветра. Принимая во внимание этот немаловажный фактор, Клара не стала злиться или настаивать на своем. Вместо этого она предпочла сжалиться над озябшим сообщником. Подобрав пышные юбки, хрустальщица великодушно потеснилась. После чего нарочито громко похлопала ладонью по освободившемуся месту, желая привлечь внимание Ригби.
Дважды уговаривать не пришлось. Продрогший шуттанец с радостью покинул наблюдательный пункт и примостился рядом, подперев голову, согнутой в колене ногой. Вскоре он отогрелся и прекратил ерзать. Но не прошло и десяти минут, как на смену одному неудобству явилось другое. Порядком наскучившая тишина, досаждала ничуть не меньше холода. Ригби изнывал от безделья, но не решался тревожить Клару. Та была слишком поглощена размышлениями и вряд ли желала принимать участие в бессмысленной беседе. Не придумав ничего лучшего, он стал насвистывать веселую народную песенку о храбром моряке, сумевшем переплыть все моря и океаны на утлой лодчонке с одной лишь удачей вместо паруса и весел.
Долгие минуты ожидания тянулись в напряженном наблюдении за крышей и неподвижными полотнами. Что бы не происходило в стенах главного храма, рассмотреть хоть что-то сквозь завесы не удавалось, с какой ветки не загляни. Сколько еще оставалось ждать и кто в результате одержит победу в ночной гонке — сильно запаздывающий Эйнар или, спешащая завершить ритуал, Верховная?
— Прекрати паясничать, Ригби, не то я спихну тебя на землю! — процедила сквозь зубы Клара, не выдержав раздражающей игры на тетиве, так некстати добавившейся к свисту. Нестройные щипки отзывались противным звоном в ушах, мешая сосредоточиться на обдумывании, все осложнявшейся ситуации.
— Только если расскажешь правду, — решил попытать удачу Ригби, краем глаза наблюдая за тем, как Клара беспокойно теребит подол шелкового полосатого платья. — Каковы ваши с Терой шансы пережить эту ночь, если ритуал пройдет успешно? — напрямую спросил он, усиливая эффект особенно громким финальным щипком на последнем слове.
Неожиданный вопрос застал Клару врасплох. Вздрогнув, как от удара, она незаметно скосила глаза на безмятежно глядящего вдаль шуттанца. Его уверенное спокойствие совершенно не вязалось с брошенными будто невзначай словами. Уголки губ хрустальщицы нервно дернулись, силясь удержать рвущуюся наружу грубость. Мимолетная вспышка гнева схлынула так же быстро, как и накатила, оставив после себя легкую дрожь и чувство необъяснимой тревоги. Тонкие пальцы медленно разжались, высвобождая измятую чудом уцелевшую ткань.
Поборов первое удивление, Клара гордо расправила плечи. На ее губах заиграла вежливая полуулыбка. Холодный взгляд прозрачных голубых глаз приобрел неестественную мягкость. Примерно с таким же видом она предпочитала принимать незваных гостей на Валардане, когда не успевала отделаться от визитеров заранее. Плавно развернувшись к Ригби, Клара сразу осознала всю тщетность своих попыток. Ложь и притворство давно стали и его хлебом.
— Что за странный вопрос? — резче, чем хотелось бы, поинтересовалась она, на что Ригби лишь покачал головой.
— Долгие годы я все пытался, но никак не мог понять, зачем вам троим так упорно рисковать жизнями ради восстановления справедливости в Дэйлинале? Тера и Эйнар, по сути, чужестранцы, а тебе самой куда лучше подошла бы роль хитрой, эгоистичной злодейки, но уж никак не спасительницы целого королевства, — доверительно поделился соображениями Ригби, покачивая свободной ногой в такт немелодичным щипкам. Он нарочно возобновил свой маленький концерт, желая добиться от Клары, если не правдивых слов, то хоть естественной реакции, по которой можно угадать хоть что-то.
— Хитрая и эгоистичная злодейка… Что ж, в чем-то ты прав, — согласилась Клара, проводя пальцами по деревенеющей вслед за ее прикосновением тетиве. — Раз уж ты так настаиваешь, я расскажу правду, но она останется только между нами!
— Даю слово, — серьезно пообещал Ригби, быстро проводя большим пальцем левой руки по закрытым глазам. — Твоя тайна уйдет со мной за грань, если сама не позволишь раскрыть ее, — произнес он традиционные слова, прижав ладонь к груди.
