Освещается просцениум. Летний вечер, но еще светло. На скамье  Е л е н а, в руках у нее листок бумаги.

Е л е н а (читает).

«О, как на склоне наших летНежней мы любим и суеверней…Сияй, сияй, прощальный светЛюбви последней, зари вечерней!..Пускай скудеет в жилах кровь,Но в сердце не скудеет нежность…О ты, последняя любовь!Ты и блаженство, и безнадежность».

Т ю т ч е в (входит). Леля, Леленька!..

Е л е н а. Я так долго тебя ждала…

Идут навстречу друг другу.

<p><strong>ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ</strong></p>КАРТИНА ШЕСТАЯ

Комната в небольшой квартире. Стол, два-три стула, кушетка, в углу икона Божьей Матери. Поздний осенний вечер, на столе зажженные свечи. Т ю т ч е в  просматривает газеты. Е л е н а  с вязаньем устроилась на кушетке.

Е л е н а. Что там под Севастополем?

Т ю т ч е в. Гибнут его защитники. Льется кровь и столько невинных жертв.

Е л е н а. За что мы так прогневали господа!

Т ю т ч е в. Если не произойдет чуда, нас ждет полная катастрофа… Империя, целый мир рушится… Давно уже война висела в воздухе, схватка России с целой Европой. Я это знал, предчувствовал. Бывают минуты, когда я задыхаюсь от своего бессильного ясновидения… К войне неизбежно должны были привести вся эта глупость, подлость, недомыслие и в нашей политике, и в военном управлении. Все движется возле кнута и чина. Правительство подавляло мысль в течение стольких лет, все отупели, вот и катимся в пропасть… Положение России можно сравнить с человеком, запертым внутри кареты. Она катится куда-то вниз, и вдруг человек замечает, что на козлах нет кучера. Вся Россия сбилась с истинного пути.

Е л е н а. Я верю в Россию, в наш народ…

Т ю т ч е в. Только верить и остается… Много пройдет времени, прежде чем несчастная Россия осмелится позволить себе живое сознание своего Я и своего Права великой державы. Сбились мы с пути, завязли… Вся эта публика, накипь русского общества неспособна угадать правильный путь. А жизнь народная, историческая еще не проснулась. Ожидает своего часа. И когда этот час пробьет, она проявит себя вопреки всему и всем.

Небольшая пауза.

Е л е н а. Сколько же приходится нашим солдатам переносить невзгод и страданий!.. И какое долготерпение!..

Т ю т ч е в. Самоотвержение и самопожертвование в нравственной природе русского народа. Особенно в дни испытаний и утрат. Нигде, кроме России, не встретишь такого непосредственного… самородного воплощения нравственного идеала. Но и это теряем. Все теряем — и чувство национального достоинства, и религиозное сознание.

Е л е н а. Очерствели сердца, не внемлят гласу божьему. Не обойтись без раскаяния, великого покаяния.

Т ю т ч е в. Жаждут веры, но о ней не просят… Растленье душ и пустота… Постыдный и преступный век!

Е л е н а. Грустно, грустно на белом свете!.. (Подошла к окну.) Дождь все не проходит, какой уж день. Капли падают, как слезы. (Поет, аккомпанируя на гитаре.)

Слезы людские, о слезы людские,Льетесь вы ранней и поздней порой…Льетесь безвестные, льетесь незримые,Неистощимые, неисчислимые,Льетесь, как льются струи дождевыеВ осень глухую порою ночной…

Т ю т ч е в. И ничто не в состоянии разогнать душевный мрак. Забыться и не знать, не чувствовать, не видеть.

Е л е н а. Если бы это было возможно… Иди ко мне. Скажи мне что-нибудь ласковое. Меня ты любишь, как и прежде? Только правду говори!

Т ю т ч е в. Ты сомневаешься? Ты стала для меня всем… моею жизнью.

Е л е н а. Я все время боюсь, ты оставишь меня. Какая-то пытка.

Т ю т ч е в. Отчего у тебя такие странные мысли?

Е л е н а. Я чувствую… ты переменился ко мне. В твоих глазах какая-то затаенная грусть, все больше ты молчишь, так редко приходишь к нам с Лелей.

Т ю т ч е в.

Улыбка женских уст и глаз,Не восхищая, не прельщая,Под старость лишь смущает нас…

Е л е н а. Ну уж… До старости тебе далеко. Да и главное для меня не в этом… Женщины все понимают. Ты искал спасенья у меня… в моей любви. Теперь и этого тебе не надо. (Поет.)

Я очи знал, — о, эти очи!Как я любил их — знает бог!От их волшебной, страстной ночиЯ душу оторвать не мог.
Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги