Он скользнул к выходу и накинул пальто.
– Куда ты? – вытаращилась Лиси, когда отец вышел на лестничную площадку в домашних тапочках. Тот, не задумываясь, ответил:
– На кулинарные курсы, конечно!
– Ты немного на взводе, пап. Ты уверен, что кулинарные курсы – то, что сейчас тебе нужно?
– Да, мне лучше успокоиться, перед тем как что-то предпринять. К тому же кто ходит в гости без угощения?
С этими словами отец ушел к лифту. Лиси была потрясена его заявлениями и вышла из оцепенения, только когда услышала, как закрылись двери кабины лифта.
Беню все так же колбасило, Лиси пришлось поставить ассиста на принудительную перезагрузку. Она осмотрела опустошенные банки с питательной смесью. Сколько себя помнила Лиси, им с отцом всегда удавалось достать настоящую еду. Банки она видела и раньше, они были во многих семьях, но зачем они понадобились отцу теперь?
Бумаги, вываленные из сейфа, на первый взгляд не представляли ничего особенного: документы старого образца, погашенные долговые обязательства с синими печатями, несколько дорогих сердцу отца фотографий, большинство – в паре с матерью Лиси.
Ничего нового или необычного. Ее отец спятил, другого объяснения быть не может.
Лиси выпила еще одну таблетку «Ноодона», быстро сгребла в рюкзак Беню и, закрыв дверь, рванула вслед за отцом.
Петр Яковлевич вышел из поезда в районе Криптомерий. Дома здесь были похожи на огромные деревья, раскинувшие ветви-этажи в разных плоскостях, чтобы солнечные лучи равномерно попадали на энергопанели. Вдоль пешеходной зоны росли одинаково подстриженные хвойные кустики. Это был довольно богатый район, и Лиси знала, что ее социального балла хватит, чтобы пройти через турникет на станции, но все же испытала облегчение, когда запросто прошла вслед за другими пассажирами и никто ее не остановил.
Петр Яковлевич, особенно выделявшийся в потоке людей необычной обувью, шел уверенно. Едва толпа возле станции разбрелась по разным направлениям, Лиси поняла, что на полупустой улице его сложно будет выслеживать, оставаясь при этом незамеченной. Она держалась в отдалении, боясь свернуть на параллельную улицу и потерять отца из виду.
Стоило ему лишний раз шевельнуться, поднять воротник пальто или остановиться на переходе, пропуская мобиль, как Лиси резко останавливалась у магазинов, в витринах которых лежали, поблескивая, как драгоценности, мощнейшие видеокарты, танцевали новенькие ассисты, улыбались человекоподобные андроиды.
Наконец отец остановился у одного из зданий, нажал на звонок и, дождавшись, когда ему откроют, скрылся за стеклянными дверьми лобби. Лиси торопливо перешла улицу и приблизилась к подъезду. Среди вывесок и впрямь значилась школа кулинарии для начинающих. Но Лиси это не удовлетворило.
«Зачем он мотается сюда, когда в нашем районе тоже есть курсы? Отца не устраивает их уровень, и он решил сменить обстановку? Но зачем скрывать это?» – раздумывала она. В доме напротив удачно расположилось фруктовое кафе. Понимая, что прождать отца ей придется не один час, Лиси решила посидеть там. Бариста и официант встретили ее настороженно. Но как только Лиси заплатила за миниатюрную порцию яблочного смузи – единственное, на что хватило денег, – те выдохнули. Дурея от густого запаха цитрусовых, мяты и еще чего-то, чего она никогда не пробовала, Лиси села за столик у большого окна и принялась ждать.
Беня до сих пор перезагружался. Лиси раздумывала, сможет ли восстановить файлы, ранее хранившиеся в его памяти. Ассист точно поломан – кто-то влез в него, Лиси ни капли не сомневалась, иначе бы Беня уже был в строю. Она знала несколько способов восстановления данных, но вряд ли они выручат ее, если этот кто-то – настоящий профи. Вдвойне удручало то, что модель импланта, которая могла спасти сейчас Каспера, ускользнула прямо сквозь ее пальцы.
Только теперь, попивая прохладный сок через бамбуковую трубочку, Лиси вдруг поняла, что должна испытывать как минимум тревогу и усталость. Но в голове только вертелся разговор со Смирновым и данные по делу Тайгина, которые она успела просмотреть по пути домой. Она пыталась выстроить хоть какую-то логическую цепочку, объясняющую поведение отца. Лиси превратилась в машину, а эмоции пропали.
При работе с учебными проектами и мелкими заказами Лиси использовала редактор, куда вытягивала объекты и выстраивала связи визуально. То же она сейчас проделывала мысленно, объединяя разрозненные факты одной головоломки. Самым странным ей казалось то, что Тайгин самовольно извлек геочип.
Надо быть глупцом, чтобы сделать такое в ситуации, когда любое правонарушение может грозить утилизацией, а, по наблюдениям Лиси, профессор глупцом вовсе не был.
Тайгин не хотел, чтобы за ним следили. И следить за ним должен был кто-то, кого он боялся больше, чем утилизации. Впрочем, здесь появлялось некоторое противоречие: ежедневно в школе он был на виду у сотен людей.
